Светлана глянула на Шроупа, тот качнул головой.

– С нами обоими все нормально. Тут почти так же, как и у вас внизу. – Она рискнула глянуть на отдаленные контуры нового «неба», нутро огромной шахты, где остановился Янус. – Только чувствуешь себя… беззащитней, что ли. Более открытой. Думаю, вряд ли вы представляете, насколько тесно и страшно у вас внизу.

– Райан подтверждает, что с вами обоими все в порядке. Но тебе не мешало бы дышать поспокойней.

– Я запыхалась, идя на липучках. Совсем не в форме.

– Мы тебе прощаем скверную физподготовку. Можешь сделать нам одолжение? Покажи окрестности.

Она отцепила камеру от шлема и повела медленно, передавая для Перри круговую панораму, не останавливаясь особо на спиканском корабле. В глубине души Света надеялась, что он сам по себе исчезнет, будто психическое отклонение, какое условились не упоминать.

– Ну и как?

– Мы временами теряем часть передачи, но в целом картинка очень неплохая.

– Эх, может, и стоило взять с собой усилитель…

– Не-а. Приближаться должны либо люди, либо что-то очевидно являющееся их инструментом.

Света кивнула. Разумно, конечно. Этот вопрос обсуждался уже много раз. Да, при контакте следует минимизировать присутствие машин. Но обычный усилитель сигнала, микрофон у губ дал бы ей почувствовать себя чуть ближе к людям внизу.

После приземления корабль чужаков выдвинул то, что могло быть лишь пандусом. Колонисты надеялись отправить для начала на разведку роботов, но при любой попытке флаера либо трехногой машины приблизиться к чужому кораблю тот втягивал пандус.

А люди подошли к нему ближе машин, и пандус оставался на месте. Надо думать, корабль распознал в них защищенных скафандрами разумных существ, а не механизмы.

– Крэйг, у тебя с камеры идет шум, – сообщил Перри. – Не мог бы ты встряхнуть ее?

– Секунду…

Светлана увидела, как Шроуп стукнул кулаком в бок своего оранжевого шлема.

Временами умелый толчок мог разделить слившиеся слои в гелевой массе активной среды, работающей на реакции Белоусова – Жаботинского, позволяя восстановить ее нормальное течение. Да, у Вана получалось уже многое, но процессоры на реакции Белоусова-Жаботинского еще оставались чересчур сложными для наноплавилен.

– Лучше? – спросил Шроуп.

– Терпимо. По крайней мере, аудио нормальное. Крэйг, ты еще пылаешь желанием лезть туда?

– Хм, я бы не сказал о своем состоянии «пылать желанием».