— Эй, — он коснулся пальцем микрофона и подвинул его ближе к губам, — слышите меня?!

Но его не слышали, по крайней мере, не отвечали. Он снова повторил свои слова, снова надеясь достучаться до них, до кого-нибудь по ту сторону радиоволны. Но слабое потрескивание статики было единственным звуком, который прорывался к нему из динамиков.

— Кто-нибудь… меня?.. — но он не докончил. Только сейчас он заметил, что скафандр его был порван в нескольких местах, что он был замаран грязью и кровью, и больше походил на фартук патологоанатома, нежели на инструмент, в котором он должен был лететь в космос. Но к черту! Какая уже разница! Он вздрогнул от неожиданности, он был уже перед самым кораблем. Мысли его, улетевшие вперед, неожиданно быстро привели его к его цели и вот он был уже в подъемнике, двигавшим его вверх, туда, где на самой верхушке огромной ракеты возвышался небольших размеров космический корабль.

Дверь в корабль долго и протяжно заскрипела. «Почему она скрипит», как-то невольно пришло в голову. — Где все, кто-нибудь? — повторил он вновь, но слова его опять остались без ответа.

Виктор пролез внутрь, занял свое кресло и пристегнул ремни. Он был готов к старту. Но где команда? Где отсчет времени? — Меня… кто-нибудь… слышит? Не работает радио! — он понял этот только сейчас, понял слишком поздно. Рука потянулась к панели управления, к кнопкам радиосвязи. Передатчик щелкнул, послышался треск. Странные звуки шумов, который до этого он не слышал, но никаких голосов, никаких команд с центра управления, ничего. — Что за черт?! — он сменил диапазон, но везде было одно и тоже, везде были эти странные, не похожие ни на что шумы. И вдруг… холод!.. Он дунул в лицо так ясно и отчетливо. Порыв ветра, морозного и свежего, проник внутрь и пронесся по кораблю. Показалось ему или нет? Ведь корабль герметичен! Ведь он задраен со всех сторон!

Тело тряхнуло. — Я лечу? — наклонившись, он посмотрел в маленькое окно иллюминатора и увидел вращающиеся вокруг звезды. Он был в невесомости, совершенно один, в неработающем порванном скафандре, в корабле с нарушенной герметизацией. Он чувствовал, как опускается температура вокруг, как воздух со свистом уходит прочь и влага начинает испаряться из его обмороженной кожи.

— Эй! — заорал он до хрипоты в голосе в микрофон. — Какого черта? Как я… здесь оказался? — что-то завыло рядом, холодный ветер ударил в лицо с новой силой. Щелкнул замок ремня, он попытался подняться над креслом, но какая-то сила удерживала его на месте, какая-то сила снова тянула его вниз.