— Ты должен доставить его на планету. Живую планету с почвой, водой и солнцем.

— Внутренних объемов челнока достаточно, чтобы уместить вместе с ним, — повел Мечев рукой в сторону деревца, — всех выживших. Нет смысла в самопожертвовании.

— Дело не в самопожертвовании, — отрицательно качнул тот головой. — Незачем уходить. Проект ведет десятки исследований, результат которых мне фантастически интересен. Я смотрел смету гуманитарной помощи — с той партией грузов, которые ты привез, я смогу возобновить работоспособность оранжерей и еще долго поддерживать достойный уровень жизни. Физическая смерть тел-носителей истинно бессмертного меня не страшит, амбиции неинтересны. То, что воистину важно — истина.

— Истина — константа в любой точке вселенной. Ее не обязательно искать именно здесь.

— А кем я буду там, во вне Проекта? Государственным изменником? Добровольным заключенным в очередной закрытой лаборатории? Или же единственным доктором наук на сорок тысяч квадратных километров средневекового фронтира, человеком без любимого дела и будущего? Нет, наемник. Все, что от тебя требуется — доставить Древо и обеспечить его сохранность.

— Только после того, как каждый из выживших подтвердит вашу версию, — с тем же непреклонным упрямством ответил Ылша.

— Это можно устроить. — Через пару минут бодания взглядами, ответил тот. — Я уже начинаю собираться в общем зале. Там для этого достаточно просторно.

Еще пять минут блуждания по коридорам, на сей раз — в гуще постепенно накапливающейся толпы, одинаково молчаливой и дисциплинированной. Путь завершился в обширном зале, некогда предназначенным для концертов и постановок, но давненько неиспользовавшимся. Большое число пыли, сорванные ткани со сцены, пластиковая мебель в пыли — сидеть на таком не хотелось.

— Все равно не с кем играть сцены, — оправдался старик, целеустремленно направляясь к трибуне на сцене.

За их спинами люди (или одни человек?) спокойно собирался в единую очередь — для того, чтобы в течение следующего получаса повторить одну и ту же фразу:

— Подтверждаю под протокол, находясь в здравой памяти и уме, не находясь под давлением, что не желаю покидать базу, не нуждаюсь в гуманитарной или иных видах помощи и, реализуя свои гражданские права, желаю продолжить работу в "Проекте".

— Принято, — первые десятки раз спокойно, но затем все с большим волнением записывал их показания Мечев.

Сбой случился только дважды — те самые искомые семьей АдДин своим словом и подписью закрыли отряду спасательный контракт. Гуманитарная миссия — это очень весомый вклад в имидж… Хотя особого удовольствия при этом Ылша не испытывал.