– Я помню другое мое создание, что так же, как и ты, обнимал меня, и слезы его сердца обжигали эти камни под тобой. – Эвале показалось, что Источник ей улыбается. – Как и ты, он искал спасения для меня, не желая мириться с предсказанным будущим.

– Сет?..

– Да, это его имя через века. Ни одного другого такого не было и не будет. Пожалуй, ты могла бы им стать, сохрани я его душу в своих чертогах. Ты, как и он, покинешь остров и никогда не вернешься… но мы снова встретимся. – Эвала отпустила животное и вновь заглянула ему в глаза. – Творец возродит меня из пепла моих воспоминаний, собранных тобою, а я дам тебе жизнь, о которой ты мечтала. Пускай это будет не так скоро, но что такое тысячи лет для Вселенной островов? Лишь мгновение жизни ее Творца.

Ран, взяв себя в руки, нашла в себе силы отпустить воплощение Источника и сделать шаг назад. Ей было больно на него смотреть, потому что она чувствовала его скорый конец.

– Не печалься моей участи. Тебе, как моему творению, трудно понять и принять ход жизни, задуманной Творцом. Душа же Странника понимает все. Слушай ее, иди с ней, стань ею. Лишь она сможет исполнить замысел. – Животное наклонило голову и краем мордочки коснулось руки девушки, что сжимала чистый арис анимус. – Я чувствую в твоих руках пульсацию сущностей Марса, творений Творца и моих… Осталось лишь две, и обе они рядом с тобой. Всегда рядом.

Эвала посмотрела на пятую Реликвию в своих руках, а затем снова на животное.

– Вам пора идти, дети мои, – обратился Источник к обоим своим гостям, – скоро здесь будет тьма и огонь.

– Акхэя не коснется тебя? Ты ведь не дашь этому совершиться?

– Я не могу этому помешать или противостоять, но арис, что у тебя в руках, в нем я буду собой, таким, каким ты меня помнишь. Ступайте. Да будут ветра судьбы милостивы к тебе, Странник!

Едва договорив это, животное, вновь обратившись туманом, растаяло в воздухе, оставив лишь белые разводы, поднимаемые к сводам пещеры. Имэнири и Эваларин одновременно посмотрели на озеро, на водной глади еще несколько минут назад отражалась пышная крона гигантского дерева. А сейчас, в один миг, все листья опали, оставляя голыми сухие ветки. Все листья аккуратно легли на воду, воссоздавая прошедшее время, отражая дерево, полное жизни.

Равэ первым смог оторвать взгляд от печального зрелища и огляделся по сторонам. Все, созданное Источником в этой пещере, медленно угасало, исчезало, словно песок в глубоком ущелье.

– Эвала, идем, – позвал ее мужчина, но она не ответила. Тогда он позволил себе подойти ближе и взять ее за руку. – Нам некогда оплакивать его, мы должны спасти то, что осталось.