— И как это объяснить?
Дэн пожал плечами.
— После того, как мы попали в руки Института Алкейна, они там носились с кучей разных предположений. Они бубнили насчет того, что при взрыве солнца, поверхность которого в два-три раза больше поверхности планеты средних размеров, температура достигает всего около тысячи градусов Цельсия. Такая температура может и не повредить корабль. Наверно, мы были затянуты одной из таких звезд. Некоторые полагали, что пульсации внутри новы поляризованы в одном направлении, тогда как что-то поляризовало пульсации энергии корабля в другом направлении, так что эти потоки не затронули друг друга. Была еще куча всяких теорий, старающихся все это увязать. Мне больше понравилась та, где говорилось, что когда время и пространство подвергаются таким напряжениям, как это происходит в нове, законы, управляющие механикой или физикой в известном нам виде, просто «неработоспособны», — Дэн снова пожал плечами. — Они ничего толком так и не решили.
— Гляди! Гляди! Он снова повалил ее!
— Раз, два… нет, высвободилась…
— Нет! Он заделал ее! Заделал!
Улыбающийся механик на трамплине перешагнул через свою соперницу. Полдюжины рук тянулись к нему со стаканами, по обычаю он должен был выпить столько, сколько сможет, а проигравший — что останется. Несколько букмекеров спустились в зал, чтобы поздравить победителя и принять ставки на следующую схватку.
— Мне кажется… — задумчиво протянул Лок.
— Капитан, я знаю, что вы ничего не можете поделать, но все-таки
— Мне кажется, что у Алкейна должны быть отчеты об этом полете к нове, Дэн.
— Думаю, что да. Я говорил, что это было лет десять…
Но Лок глядел вверх. Мембраны плотно сомкнулись под ветром, пронизывающим ночь Арка, и теперь полностью закрывали звезды.
Лок спрятал лицо в ладонях. У него непроизвольно отвисла челюсть, когда он полностью осознал, что за идея мелькнула у него в голове. Шрам, рассекший его лицо, придавал ему теперь выражение невыносимой боли.
Дэн стал снова что-то говорить. Потом он поднялся и с выражением неимоверного изумления на своем лице, ушел.
Его звали Лок фон Рей. Он должен был повторить это про себя, уверяясь в этом с каждым разом, идея, пришедшая ему в голову, расщепила его сознание. Он сидел, глядя вверх и чувствовал себя совершенно разбитым. Эта мысль оставила в его мозгу такой же след, как рука Принса — на его лице. Он моргнул, стараясь разглядеть звезды. А звали его…
Созвездие Дракона. Полет «РУХА». 3172 г.
— Да, капитан фон Рей?
— Убери боковые паруса.