Решив, что лучше уж придерживаться выбранной роли до конца, Саймон приблизился к открывшейся двери, стараясь двигаться уверенней, не крадучись. Он едва не потерял голову от страха, когда дверь следом за ним затворилась и он оказался в какой–то кабинке. Прикоснувшись к одной из стен, он почувствовал мелкую дрожь и понял, что находится в лифте, — это позволило несколько придти его в себя. Все более и более крепла в нем уверенность, что в Колдере цивилизация развивалась по тем же законам, что и в его собственном мире. И подниматься или опускаться на лифте — пусть за дверью тебя ждут враги — было для него куда привычнее, чем видеть, как утонув в дыму, за считанные секунды друг превратился в уродливого незнакомца.

Но пусть лифт — вещь привычная, Саймон не испытывал облегчения, его по–прежнему трясло. Пусть из рук колдеритов выходили нормальные вещи, даже сам воздух казался здесь чужим. И не просто чужим — ведь неизвестное не всегда опасно, — а враждебным и ему и всему людскому роду. Или нет, успел он решить за быстролетное путешествие навстречу судьбе, именно чуждым — не человеческим даже, а Девы Эсткарпа, пусть ведьмы, но люди, с какими бы силами они ни водились.

Шум в стене затих. Саймон отступил в сторону, не зная, где откроется дверь. Его уверенность в том, что дверь непременно откроется, немедленно подтвердилась.

На этот раз снаружи послышались звуки, смутный далекий говор. Он осторожно вышел в небольшой альков перед комнатой, и опять перед ним оказалось привычное место… Большая карта закрывала стену. Протяженная береговая линия была вдавлена, горы выступали над ней. Там и сям на карте поблескивали крошечные разноцветные огоньки. У побережья, возле исчезнувшей крепости сулкаров и в бухте Горма они были густо–фиолетовыми, на равнинах Эсткарпа — желтыми, в Карстене — зелеными, а Ализоне — красными.

Под картой во всю ее длину простирался стол, на котором с промежутками были расставлены машины, время от времени позвякивавшие или мигавшие сигнальными огоньками. И между каждыми двумя такими машинами, спиной к нему, поглощенные своей работой, сидели существа в серых облачениях и шапочках.

Чуть в стороне был второй стол, точнее большая доска, у которой находилось еще трое колдеритов. На голове сидевшего в центре была металлическая шапка, от которой расходилась паутина проводов и кабелей. Лицо его было бесстрастным, глаза закрыты. Но он не спал: время от времени быстрыми движениями пальцев он нажимал на кнопки, двигал переключателями на панели перед собой. И за секунды, пока все еще оставалось спокойным, Саймон убедился, что явно находится на каком–то центральном посту управления.