Когда та ушла, Исмей вновь расстегнула рукав и заглянула змейке в глаза. На сей раз они безмолвствовали.

— Я не знаю, что делать, — шепотом сказала она резной фигурке. — В Квейсе столько тайн и опасностей. У меня нет меча, но я не из покорных, и что бы ни было мне суждено, пусть все начнется прямо сейчас. Лучше глядеть в лицо опасности, чем трусить в ожидании ее прихода.

Она умолкла, и в наступившей тишине ей вдруг стало ясно, что делать. Исмей встала, сняла нарядное платье, отыскала юбку для верховой езды, в которой ей было свободнее, а сверху накинула серый плащ.

На лестнице она настороженно прислушалась, внизу было тихо, и она решилась. Исмей сумела высмотреть, что люди в капюшонах жили как раз между двух башен, и, если ей повезло, Нинкве и служанки уже разошлись по своим комнатам.

Тяжелую входную дверь пришлось открывать двумя руками. Остроугольная башня была совсем рядом, но перебежать через двор она не решилась. Окон было так много, и кто–нибудь мог невольно выглянуть во двор… Осторожно, вдоль стены, сметая сугробы плащом и юбкой, кралась она к двери обители Хилле. И протянула к ней руку, ту, что со змейкой.

Замка не было. Дверь распахнулась легко, даже слишком.

5

Остроугольная комната была едва освещена. Исмей вздрогнула: впереди возникла фигура в плаще. Исмей подняла вверх схваченную змейкой руку, фигура повторила ее жест. Перед ней было зеркало.

Только зеркала и две лампы в нишах высоко над полом, больше в зале не было ничего. Странные запахи клубились здесь, в ноздрях пощипывало. Иногда пахло чем–то приятным, но тут же накатывала кислая вонь, природы которой она не знала.

Исмей медленно оглядывалась по сторонам. Теперь только она поняла, что странная остроугольная башня была построена в форме пятиконечной звезды. Она смутно припомнила, что в тайных науках с такой звездой нечто связано. Но ей нужно было идти дальше, в этой пустой темной комнате не было тех, кто ей нужен. Исмей заметила лестницу в одном из лучей, и стала подниматься. Каменные плиты были глубоко истерты за минувшие столетия. Впрочем, печать столетий была здесь на всем.

Теперь Исмей попала в комнату, где трудно было даже пройти из–за обилия всяких вещей. Столы в ней были завалены змеящимися металлическими трубками, ретортами, бутылями, флаконами, какие используются при перегонке травяных отваров. Многому здесь она не знала даже имени.

Она боялась случайно прикоснуться к чему–нибудь. Запахи сливались, смесь их таила в себе неясную угрозу. Исмей потерла пальцами браслет. Здесь было посветлее, по крайней мере она смогла в конце концов разглядеть лестницу. Осторожно пробиралась она к ней, стараясь не задеть уставленные столы, придерживая плащ, чтобы неловкими движениями не свалить что–нибудь на пол.