Через пять минут пассивного движения поток течения изменил своё направления, уводя Леклерка вверх, где его втянул вакуумный насос внутрь другого резервуара воды.

Все уже давно ждали его. Внутри прозрачной сферы резервуара Леклерк оказался прямо перед проконсулом. Интерактивный прямоугольник, гроб, вертикально заякоренный на прямой ручке, уходящей в днище сферы. Гроб переливался статистическими помехами, волны которых соответствовали голосу проконсула. Сам проконсул в виртуальном мире выглядел молодым подростком в теле механической машины, заменявшей туловище и конечности. За проконсулом искрился портал, червоточина, уходящая в некое другое измерение, символизирующее то, от чего Леклерк отказался. Проконсул не мог упустить момента указать Леклерку всю его ущербность и ограниченность. Впрочем, этого и не требовалось. Леклерк был единственным живым человек, ускорителем в живом теле, не воспользовавшимся инфополюсом на расстоянии. Он явился сюда лично, показывая тем самым свой настрой и решимость.

— Что ж, — пожал плечами проконсул. — Ты всё же, действительно, решил представь перед нами в «природной» оболочке, — помимо статистических помех, выводимых на поверхность гроба, внутри которого и находилось реальное тело проконсула (разобранное и упакованное), синусоида голоса меняла свою амплитуду, выводимая поверх изображения проконсула. — Думаю, разработку вектора мы можем начать. Приступить к ускорению.

Все прозрачные стены сферы были изрисованы синусоидами подключившихся ускоряющихся. Здесь был весь совет, все правителя и главы программирования. И они слушали, превращая свои синусоиды в прямые линии.

— Как вы уже знаете, — продолжил проконсул, — ИИ превысил допустимые ограничения, убив аппаратуру.

— Он не мог превысить ограничения, потому что не было никаких ограничений, — высказался кто-то из отдела программирования. Синусоида меняла свою амплитуду по мере изменения голоса.

— Есть законы, почему нельзя применять электромагнитное оружие, — теперь говорил программный претор. — Любое несогласованное уничтожение техники может приравниваться к акту агрессии по отношению к ускоряющимся.

— Наши тела неразрывно связаны с электроникой. Она является частью нас, — проконсул повысил голос. — Наши разумы связаны с электроникой. Умрёт электроника — умрём и мы.

— Только не коженосящего, — высказался неопознанный голос.

Раздался небольшой смешок, поддержанный остальными присутствующими ускоряющими. Стены резервуара исказились в унисонной волне поддержки.

— Поэтому, я и отказался от частичного перехода, — возмутился Леклерк. — Посмотрите на себя. Параноики, не способные видеть дальше программного алгоритма. Одна ситуация, вышедшая из-под контроля, и всё, вы уже боитесь. Будто что-то угрожает главному вектору.