– Но огр! Я не хочу, чтобы он схрумкал меня, – возразила Айви.

– Днем он рыщет в поисках добычи, а бедняжку держит на цепи. Цепь толстенная, а я – сами видите – худенькая, мне ее не разбить. Но вы – совсем другое дело. Пожалуйста, помогите ей, пока пет огра!

– Почему бы и не посмотреть, – сказал серый кентавр, которому, похоже, очень хотелось взглянуть на прекрасную пленницу.

– Ну конечно, у вас, кентавров, не хватает невест, – вздохнула Айви, делая вид, будто уступает. – Так и быть, взглянем. Но нужно быть начеку, а ну как огр вернется!

– О, благодарю вас, отважные, добрые поселяне! – воодушевленно воскликнула сильфида. – Какое счастье встретить таких отзывчивых путников! Сюда, за мной, – очаровательная фигурка заскользила по узкой тропке.

Трое путников последовали за ней. Все это время Грей вовсе не раскрыл рта, не вмешиваясь в разыгранный кентавром и девушкой маленький спектакль. Благодаря Гобелену они прекрасно знали, что гоблины используют пленников для того, чтобы заманивать в ловушку новые жертвы. Сильфиде обещали свободу, если она завлечет в западню трех несчастных, – вот она и старалась. Конечно, гоблины не собирались выполнять обещание, и, возможно, сильфида о том догадывалась, но лучше самая зыбкая надежда, чем никакой.

Тем паче что отказавшись выполнять волю пленителей, она немедленно оказалась бы в кипящем котле.

Размышляя об этом, Грей еще больше утвердился в намерении дать гоблинам укорот. Они явно не из тех, кого приятно иметь соседями.

Сильфида вела их все глубже, в самую чащу, и тропа, по которой они следовали, не выходила ни к одному из поселений кентавров. На ней не попадалось отпечатков копыт. В действительности ее проложили гоблины, с тем расчетом, чтобы завлечь жертву в такие дебри, откуда не скроешься: они ведь известные мастера на гнусные ухищрения.

Грей позволил себе незаметно усмехнуться. Сегодня этих злыдней ожидает неприятный сюрприз.

Тропа оборвалась на прогалине, где не было ничего, кроме оставленной гоблинами груды мусора.

Сильфида обернулась к путникам и со слезами на глазах сказала:

– Простите меня, если сможете. Я поступила гадко, но у меня не было выхода.

– Гадко? – Айви сделала вид, будто не понимает, о чем речь.

– Это все гоблины: они схватили мою доченьку, мою драгоценную Сильвани, и если я откажусь или не сумею выполнить хоть один их приказ, бедная девочка немедленно отправится в котел. Я ненавижу себя, но вынуждена повиноваться.

Мой муж попытался сопротивляться, его уже сварили. У меня не осталось ни чести, ни гордости, одно лишь желание спасти свою дочь. Ради этого я готова па все. Простить меня, наверное, невозможно, но по крайней мере попытайтесь понять!