– Чтобы спасти ее, – заключила она.

– И они не расскажут никому, потому что…

– Мы тоже не имеем права.

– Только Чериону и Чекс.

– И только взяв с них слово.

– Больше никому, – согласились они в один голос.

Но тут Дольф призадумался о демонессе, которая ни во что не ставила человеческую порядочность и вполне могла смеху ради растрезвонить об этом по всему Ксанфу. Правда до сих пор она почему-то помалкивала. Вряд ли из сочувствия к девочке, но, возможно, ей показалось что появление у гоблинов вождя женского пола сулит в будущем дополнительные развлечения. А может быть, она просто утратила к происходящему интерес. Это было бы предпочтительнее всего.

На поверхности Дольф вернул себе естественный облик, и они с Глохой поспешили к родителям Че.

– Мы можем кое-что рассказать, – промолвил Дольф, – но вы должны дать слово хранить тайну.

– Это касается благополучия моего сына? – спросил Черион.

– Да.

– Тогда я слова не дам.

– Но… – Глоха посмотрела на Чекс.

– Дорогой… – промолвила Чекс.

– Пока ты не скажешь, почему это необходимо, – сказал кентавр Дольфу.

– Че согласился стать спутником Гвендолин…

– Что? – не веря своим ушам, вскричал Черион.

– И мы думаем, что у него есть на это причина, – сказала Глоха, обращаясь к Чекс.

– Но мы не можем объяснить, в чем дело, пока вы не… – сказал Дольф Чериону.

– Его принудили? – требовательно спросил Черион.