— Попробуй что-нибудь сделать, — подсказала Ева. Генка попробовал. Через пару мгновений он протянул матери алую розу с капельками росы на лепестках.

— Да, теперь мы все в Игре. Никто не забыт!

— Юля, наверное, тоже, — с тревогой шепнула Ева.

— Хорошо, если так, — кивнул Евгений,

— Я боюсь, не полезет ли она снова в эту кашу, почувствовав Силу.

— Мне кажется, она стала гораздо благоразумней, — качнул головой Зукконодорр.

— Ой, не знаю! — вздохнула Еггенодарра. — Если она вообще сейчас дома…

— Надо в это верить! — Евгений положил руку на плечо жены. — Хотя… Она у нас нигде не пропадет! — подмигнул он, пытаясь ее успокоить. Получилось это плохо, но Ева сама сменила тему разговора:

— Давайте решать, куда нам лететь?

— Чего тут решать? — замахал руками Генка. — Конечно, к Аггину! Обменяем Люську на Марину…

— Гена, я не узнаю тебя, — нахмурилась Ева. — Ты так легко говоришь это… Люся — живой человек!

— Марина — тоже, — буркнул Генка, потупясь. — Да Люська сама мечтает поскорее стать принцессой и выйти замуж за Миссина!

— Она многого не понимает, — покачала головой мать.

— Кстати, — вспомнил Зукконодорр, — мы еще не убедились, что Людмила — дочь Турронодорра!

Он двинулся к двери в кают-компанию.

— Подождите! — сказал Генка. — Если она окажется настоящей принцессой, мы полетим к Аггину?

— Давайте сначала убедимся, — уклонился от ответа Зукконодорр. — А потом… Я свяжусь с Императором.

— Зачем?! — ахнул Генка.

— Чтобы напомнить о себе. Ведь когда пропала Сила, перестал действовать и мыслепередатчик. Что думает о нас Император? Что мы погибли или что переметнулись к врагу? Нужно рассказать ему, как было дело.

Увидев, что жена и сын одновременно открыли рты, он быстро пресек их возражения: — Я не собираюсь говорить все. Про Людмилу пока умолчу. А вот то, что Марронодарра у Аггина, он знать должен.