Капитанша «Виконта Ченя», которую Камисс про себя уже иначе, как «Кэпом Бобом», не величала, ошарашенно взирала на валявшуюся на полу танкершу.

— А-а-а, — протянула она, — это никак не связано с нашей проблемой?

— Я, бы так не сказала, — ответила Камисс и повернулась к пульту. — Позвони в номер герцогини Боннской, — приказала она, — потом в Белую Комнату, в остальные залы, во все рестораны, в казино, во все магазины Торгового Уровня. Всюду говори одно и то же: если кто-то видел герцогиню Боннскую, Дрейка Майджстраля и Джеффа Фу Джорджа, пусть передадут им, чтобы они позвонили Камисс на центральный пульт.

— К вашим услугам, — ответил пульт.

На звонок в номер герцогини ответила Ковинн.

— Ее милость дома? — спросила Камисс.

— Боюсь, что нет, мэм.

— Мне нужно срочно поговорить с ней. Дело чрезвычайной важности.

Уши Ковинн свернулись в трубочки.

— Хорошо, мадам. Я все передам ее милости, когда она вернется.

— Меня зовут Камисс. Я нахожусь у центрального пульта связи. Очень прошу вас, попросите ее милость позвонить сюда, как только она появится.

— Я передам ей вашу просьбу.

— Спасибо. — Камисс прервала связь, нахмурилась и уставилась на пульт. Что же теперь делать?

Один из возможных ответов слетел с губ «Кэпа Боба».

— А барон Сильверсайд в курсе?

— Нет. — Камисс вернулась взглядом к пульту, и команда уже была готова вырваться у нее, но тут она здорово растерялась, отчетливо представив, как барон бьется в истерике и вырывает с мясом свои бакенбарды. — Не будем пока ему ничего сообщать, — решила она.

— «Сырок»! — радостно возопил Дольфусс. Посетители казино уже перестали оборачиваться, слыша его восклицания. Теперь при каждом крике они втягивали головы в плечи, словно их коробило его непристойное поведение. Дольфусс выложил карты на стол. — А еще у меня Император в этом… как это называется… а это уже будет…