Но и у Хамфри дела шли не лучше. Сейчас он лихо затаптывал участок, поросший огненной травой; ему пришлось сорвать цветок водяной лилии и гасить пламя, заливая его водой; а тем временем несколько малярных кистей старательно украшали его красными, синими и зелеными полосками. К его одежде прилипли шальные алмазы из коллекции нимфы.

Нет, так дальше не пойдет! Бинк задержал дыхание, закрыл глаза и начал выбираться из миниатюрных джунглей. И тут над его головой громко лопнули маковые коробочки. Он почувствовал что-то на руках, открыл глаза и увидел пару наперстянок. [10] Над ухом у него зазвенел колокольчик – пришлось, чтобы не оглохнуть, срочно увильнуть в сторону. И в этот момент Бинк увидел пояс Волшебника – в нем еще оставалось несколько пузырьков. И сразу понял: если завладеть поясом, Хамфри окажется беспомощным. Ведь в этих пузырьках он держал всю свою магию!

Бинк шагнул вперед, но из зарослей показался Волшебник, весь облепленный вороньими лапками. Хамфри принялся их стряхивать – лапки разбежались во все стороны. Одинокая примула отвернула свой цветок в сторону, не желая видеть его беспомощность и неуклюжесть. Хамфри кинулся плашмя на магический пояс и ухватился за него одновременно с Бинком.

Началась суетливая дерготня, захлопали новые пробки. Одна из бутылочек выбросила котелок с ячменным супом – суп разлился по земле, и его тут же жадно всосали голодные корешки растений. Из другой – вывалился пакет с разнокалиберными болтами и гайками... Потом Бинк схватил пышущий жаром рисовый пудинг и метнул его в Волшебника, однако Хамфри все все успел нанести удар первым: пирогом с фаршем. Бинк принял удар лицом; из пирога вырвались двадцать четыре порции фарша и разлетелись по сторонам, но несколько попало в волосы Бинка, залезло за шиворот, в глаза, мешая видеть. Он выпустил пояс и почти вслепую стал размахивать мечом, удерживая Волшебника на расстоянии, а другой рукой пытаясь протереть глаза. Как ни странно, но и в этот момент ему удалось подсмотреть за схваткой кентавра и грифона.

По человеческому торсу Честера струилась кровь из рваных ран, нанесенных когтями противника. Но у Кромби была сломана передняя лапа, а на одном из крыльев осталась лишь половина перьев. Да уж, эта схватка была жестокой!

Теперь кентавр подбирался к грифону с мечом в руке, а тот неровными кругами летал вне пределов его досягаемости, высматривая брешь в обороне Честера. Несмотря на просьбы и предупреждения Бинка, намерения у обоих были – серьезней некуда; они сражались насмерть.

Мог ли Бинк остановить их?.