– Как же мы пройдём внутрь? – Спешившись, сэр Гэвин опасливо вглядывался в перекошенные свекольные лица стражников. – Вон тот, со шрамом через всю щеку, кажется мне наиболее доброжелательным. Вы так не считаете, господа?

– Я, конечно, легко смогу пройти, – пробормотал озадаченный неожиданным препятствием Туоми, – продемонстрировав им письмо короля. Но у меня одного нет даже малейшего шанса отстоять справедливость, ибо против выступят самые отпетые самозванцы Лапландии.

– М-да, задачка, чтоб мне лопнуть! – ударил себя кулаком в блестящую грудь сэр Дорвальд.

– Дьявольщина! – согласился с ним сэр Бонифаций и, грозно насупившись, пошёл на ближайшего стражника.

– Постойте! – воскликнул мудрый Комуто. – Там, где не поможет грубая сила, поможет магия!!!

И произнеся странные слова на древнем языке, самурай извлёк из левого рукава несколько бамбуковых свитков.

– Это ваши временные свидетельства, друзья, разбирайте!!!

С Туоми, как и предполагалось, никаких проблем на входе не возникло.

Сэр Гэвин прошёл во дворец лапландских королей как внучатый племянник усопшего. Сэр Бонифаций значился «братом сестры по отцовской линии троюродного деверя». Сэр Дорвальд оказался «любимым пасынком двоюродного племянника». Сэр Нэвил сошёл за того самого «троюродного деверя», братом сестры которого по отцовской линии был сэр Бонифаций. Ну а в бумаге сэра Вальтасара значилось просто и однозначно «сестра».

Тут у входа во дворец произошла временная заминка.

– А что это у вас усы такие длинные? – подозрительно рассматривая благородного рыцаря, гаденько поинтересовался один из стражников.

– Ну, я… – замялся сэр Вальтасар. – Это настоящее проклятие для нашего женского рода, из-за них, окаянных, меня никто не хочет брать замуж. Может быть, вы, солдатики, согласитесь согревать меня по очереди холодными лапландскими ночами?

Бравых стражников перекосило.

– Проходи, не задерживай других!

Так благодаря природной смекалке и находчивости неразлучные друзья оказались в королевском дворце.

Глава третья

Глава третья

– А эти лапландцы ничего, головастые ребята! – восхищённо проговорил сэр Бонифаций, любуясь могучими стенами обители карельских монархов.

При желании королевский дворец можно было превратить в считанные минуты в неприступную крепость.

Широкий заполненный водой ров, перекидной мост, опускаемая решётка, бойницы, башни для арбалетчиков… настоящая цитадель верховной власти.