Мокрист совсем потерял счет времени после ужасов засады, но то, что он считал вечерним чаепитием, прервалось визгом тормозов и последовавшим за этим толчком, от которого вся посуда повалилась на пол. Машинист навалился на рычаг экстренного торможения, раздался адский скрежет металла об металл. А затем поезд внезапно остановился, переворачивая все, что еще стояло на своем месте, и из рева поезда раздался голос Флюорита:
— Я считаю, что это надо расчистить. Простите, если я не прав.
Мокрист бросился к платформе тролля.
— Ты остановил поезд, - сказал он и стал ждать. Если разговариваешь с Флюоритом, приходится ждать подолгу.
И когда наконец тролль сложил все слова вместе, он ответил:
— Ой, простите, мистер Губвиг. Если я что-то поломал, можете вычесть это из моего жалованья.
— Это не обязательно, - ответил Мокрист. Он свесился наружу и посмотрел на пути перед поездом. Симнел спрыгнул с подножки, чтобы разобраться.
— Тут кучка детей! – крикнул он, обернувшись.
Мокрист спрыгнул вниз и побежал к Симнелу.
— Оставь это мне, Дик, я разберусь, сказал он, добравшись до паровоза. В сумерках он разглядел нескольких ребятишек, которые, как оказалось, пытались остановить поезд, размахивая своими передниками.
Старшей из детей была хорошо одетая девочка, она почти ревела.
— Там оползень, мистер, - сказала она.
— Где?
— Сразу за поворотом, - выдохнула девочка.
И действительно, когда Мокрист сделал несколько шагов вдоль колеи и пригляделся к темноте впереди, он различил там груду старых бревен и камней в окружении еще какого-то хлама. Ситуация прояснилась. Тщательно изображая крайнюю суровость, он спросил:
— Как тебя зовут, юная леди?
— Эдит, сэр, - она улыбнулась, но неправильно, и он сразу понял, что на преступный путь она вступила совсем недавно.
Кивком Мокрист подозвал девочку подойти поближе.
— Эдит, прости мне мою подозрительность, но у меня такое чувство, что ваша маленькая очаровательная схема задумывалась таким образом, чтобы вы – храбрые молодые люди – могли спасти поезд от крушения и стать героями, я прав?