Светлый фон

Девочка и ее маленькие подельники выглядели жалко, но мошенник внутри Мокриста заставил его сказать:

— Да, идея довольно затейливая. Но если об этом услышит лорд Ветинари, вас подвергнут пытке котятами.

Девочка улыбнулась:

— Ух, это здорово. Мне нравятся котята.

— Я так и думал, но вряд ли тебе понравится Седрик, который к ним прилагается… Итак, я оценил изобретательность вашего плана, но могли пострадать люди, - он повысил голос. – Вы вообще представляете себе железнодорожную аварию? Скрип рельс, крики людей внутри, взрыв который выкосит пол деревни, если двигатель рванет. И ты, девочка, и твои маленькие друзья, были бы всему виной. Убили бы целый поезд людей.

Ему пришлось притормозить, потому что девочка побледнела, как смерть. Мокрист немного опустил голос:

— Представили себе? В следующий раз, когда решите сделать что-то подобное, вспомните, что вы уже чуть не убили кучу народу.

Эдит слабым голосом ответила:

— Мне правда очень жаль. Мы больше так не будем.

— Собственно говоря, вы и сейчас ничего не сделали. И все-таки, я бы хотел, чтобы вы следили за тем, чтобы никто ничего подобного не делал здесь в округе и вообще где бы то ни было. Я понятно выражаюсь?

никто

Заплаканная и испуганная, Эдит выдавила:

— Да, сэр.

Мокрист узнал истинное раскаяние.

— Я обговорю это с машинистом, но на вашем месте я бы взял карандаш и записал все свои гениальные идеи в книгу или даже две. Чтиво вроде этого – последний писк моды в железнодорожных книжных, и, я слышал, на этом можно разбогатеть. А еще таким образом вы не встретите Седрика. О, и не размахивайте своими передниками перед людьми. В темноте это можно довольно превратно истолковать. А теперь, юная леди, скажите мне, где вы живете. Я не вижу никаких поселений вокруг, одни дебри.

Она присела в реверансе. На самом деле присела в реверансе. И глядя на него все еще красными глазами, ответила:

— Мы живем в железнодорожных домах, сразу за водопроводным краном и угольным хранилищем.

— Твой отец сейчас дома?

Девочка снова побледнела, но храбро ответила:

— Да, сэр, как вам будет угодно, сэр.