Да! Наконец-то храп! Тень скользнула по темному коридору, а случайный предательский скрип пропал в симфонии звуков плывущего деревянного судна. Но вот и дверь. На ней замок. Он был скорее для видимости - на первый взгляд прочный и сложный, но это только на первый взгляд. Тень извлекла отмычку, осторожно повернула петли двери, открывая, и тем же движением закрыв ее за собой изнутри. Последовала довольная улыбка, которую можно разглядеть даже в абсолютной темноте, особенно, если тьма помогает с ночным зрением, последовал тут же прерванный вскрик…

— Позволь рассказать тебе, как все будет дальше, — под звук тревоги, заполнивший коридор объявил Сэм Ваймс.

Он нагнулся к распростертой на полу фигуре:

— Тебя надежно скуют до конца круиза, и ты побудешь под присмотром моего слуги Вилликинса, который не только умеет смешивать отличные коктейли, но еще и не обременен званием полицейского. — Сэм нажал чуть сильнее и продолжил по-приятельски: — Мне постоянно приходится извиняться за полицейский произвол и наказывать честных копов. И я действительно их наказываю, можешь быть уверен, за то, что мог бы сделать набравшийся смелости средний гражданин, если б увидел погибающего младенца или останки старушки. Они так поступают, чтобы уравновесить в голове ужас. — Ваймс снова нажал. — Часто закон обходится с такими гражданами с пониманием, если вообще доходит до суда, но вот коп - он слуга закона, если он работает у меня. И в его обязанности входит остановиться на аресте. Мистер Стретфорд? А что именно останавливает меня от удушения убийцы, вломившегося в каюту с, бог ты мой, большой коллекцией ножей, в которой он рассчитывал найти моего сынишку? Почему бы мне не придушить его хотя бы до потери сознания, чтобы избавиться от его зловонного дыхания? Я сам отвечу, мистер, что стоит между вами и внезапной смертью - это закон, который вам не суждено понять. А теперь я вас отпущу, чтобы вы ненароком не умерли в моих объятьях, чего я не могу себе позволить. Кстати, должен предупредить не пытаться бежать, поскольку Вилликинс не связан подобными убеждениями, обожает Сэма-младшего, и довольно безжалостен. И кстати, рад сообщить, что Сэм спит у своей матери. Ясно? Вы выбрали комнату, где должен был спать один малыш. Вам повезло, что в ней оказался я. Если бы вы вломились в другую каюту, мистер Стретфорд, где сейчас спит - хотя даже я не осмелюсь признаться ей открыто, что она храпит, как иной мужик - моя жена, то у нее под рукой оказался бы внушительный арсенал, а зная характер Овнецов, она бы сотворила с вами такое, на что Вилликинс бы только сказал: «Ой! Ну это, пожалуй, чересчур». Их девиз: «Храним то, что имеем», мистер Стретфорд.