Тот не выдержал такого «жеста доброй воли» с моей стороны и полетел вперёд носом. Кэйрисар пожал плечами и проигнорировал вопли мелкого, только выдав сквозь зубы:

— Будешь знать, на кого пасть открывать!

На данную фразу ни у кого не нашлось ни комментария, ни, тем более, каких-либо существенных возражений. К тому же, мы всё-таки зашли в дом, что несомненно являлось огромным прогрессом за сегодняшний день. Вот ещё бы Алладию так же быстро найти и замуж выдать. За кого? Да за того, кто первым на неё позариться! Я, конечно, не оставляю надежды, что она выберет меня, но если каждый раз, после какого-нибудь невпопад сказанного слова, она будет делать ноги в неизвестном направлении, а мне же ещё её потом идти искать и спасать… Увольте. Лучше пережить гнев родственников, чем потом мотаться по всему свету за этой беглянкой.

Жилище Кэйя оказалось очень даже ничего. Не слишком шикарное, учитывая, как некоторые любят комфорт и всё ему сопутствующее, но милое и даже уютное. Ну это если не учитывать, сколько тут мусора валяется… Да ещё и пустые бутылки стоят… Хм, если всё это выпил Оршан, да ещё и в одну харю, то ему следует воздвигнуть памятник. На могилку. Потому как чуют мои крылья, Кэйрисар не в лучшем расположении духа. И представшая перед нами картина ему, деликатно выражаясь, не нравиться.

— Оршан, я оставил тебя в этом городе вовсе не для того, что бы ты устраивал здесь непонятно что! В том числе, в наш договор не входило то, что ты будешь разводить здесь свои иллюзии и прочую чушь, братишка, — мягко начал тёмный и явно откуда-то очень издалека. Но Оршан знал брата не хуже, чем я, поэтому сразу понял, что дело пахнет жаренным. И не нашёл более лучшего способа укрыться от гнева старшего родственника, чем спрятаться за меня. — О боги… Мих, отвесь ему подзатыльник, пожалуйста. И прошу, никому не рассказывай о том, что здесь было. Мне и так безумно стыдно…

— Тебе стыдно? — Неподдельно удивился, тем не менее, вытащив у себя из-за спины вяло сопротивляющегося парня и, от всей души, дав ему по шее. Не особо сильно, а то не простят мне его инвалидность, не простят, но так что бы запомнил на будущее — не надо злить добрых принцев. Пока они не передумали быть «белыми и пушистыми».

— Не придирайся к словам, — фыркнул Кэй и распахнул дверь, ведущую из довольно-таки длинного, тёмного и поросшего разнообразным хламом коридора в просторную и достаточно уютную гостиную. Где, к слову, не обнаружилось никаких сюрпризов, если не считать всё те же бутылки и иже с ними. Но это мелочи жизни, по сравнению с тем, что было до этого момента.