— А при виде бегущей женщины любого другого вида фавны чувствуют то же самое? — спросила Джфрайя.

— Да, — сказал он. — И их прикосновения с красивыми речами действуют так же. Поэтому если вы, девушки, не возражаете…

Они снова разразились смехом и выпустили его конечности. Вероятно, в процессе исключительно женской беседы было установлено, что этот конкретный фавн безвреден.

— Да, — сказала ему Ромашка в личной грёзе. — Но ты им нравишься, Леспок.

А они нравились ему. Но перед всеми ними стояла одна и та же задача, которую следовало выполнить.

Друзья привели себя в порядок и тихонько покинули комнату. Снаружи землю окутывал мрак, но замок изнутри лучился тем же мягким фисташковым светом, что и в гоблинских тоннелях. Он сиял из окон каждого этажа сквозь зелёные стёкла. Несколько больших, уродливых, гротескных — в общем, во всех отношениях неприятных чудовищ патрулировали владения колдуна.

К несчастью, путники всё ещё не могли нормально стоять на травяной поверхности. Ноги то и дело норовили задраться выше головы. После сравнительно лёгкой прогулки по стенам пассажа они совсем об этом позабыли. Прямо держалась только Джфрайя.

— Придётся ползти, — принял решение Леспок. — Удобств не обещаю, но на территорию замка попадём.

— Может, я смогу туда долететь, — предположила Джина. Она попыталась и стрелой пролетела куда-то вбок, едва не врезавшись в дерево. Видеть они её по-прежнему не видели, но определённые возмущения в воздухе создавались.

— Попробуй лететь вверх под отвесным углом или ныряй вниз, — посоветовал Леспок.

После трёх-четырёх попыток ей, наконец, это удалось.

— Думаю, что теперь лечу почти прямо, но на самом деле то набираю высоту, то теряю, — сказала она. — Но места для ошибок хватает, если держаться над деревьями.

— Вряд ли у меня получится ползти, — вздохнула Ромашка. — Но мои грёзы и проекции в них распространяются достаточно далеко и наверняка охватывают территорию замка. Почему бы мне не остаться здесь физически, а мысленно — с вами?

— Тогда мы готовы, — сказал Леспок. Он пополз, опираясь на локти и опуская время от времени ноги, чтобы толкать себя вперёд. Понемногу фавн привыкал к неуклюжему положению. Остальные проделывали похожие манёвры. Близняшки выглядели почти интригующе с парящими в воздухе ножками в джинсах. Он обратил внимание на то, что их волосы свисали не вниз, к земле, а в сторону. Сейчас была более чем ясна причина, по которой обитатели Пирамиды предпочитали держаться собственных треугольников.

Джина с помощью своих распростёртых алых крыльев добралась до замка первой и подлетела к ближайшему чудовищу, которым оказалась упитанная древопутана с гнилыми щупальцами. Через мгновение та повалилась в лежачее положение и уснула; Джина снова продемонстрировала свой талант.