Они покорно повернули в указанном направлении. Леспок не представлял, что делать, если их выследит враждебно настроенное существо. Сейчас они были просто не в состоянии защищаться. Ещё одна гроза может отвлечь врага… а может и не сбить его с толку.

— Слушай, я почему-то никогда раньше не понимала, насколько интересны фавны, — пробормотала Джина. — Как по-твоему, мы могли бы…?

— Это неосуществимо, — быстро ответил он. Объяснять ей об эффекте, оказываемом представителями его племени на женщин, было бесполезно.

— О, — печально вздохнула она.

Компания наполовину тащилась, наполовину прыгала по дороге, пока не приблизилась к зелёной оранжерее, которую Ночь определила, как дом, что они искали. Вместо того, чтобы стучать в стеклянную дверь и пугать женщину, компаньоны решили предоставить Ромашке возможность послать ей грёзу.

— Джфрайя! — позвала в грёзе Ромашка, представая в виде девушки в зелёном бархатном платье, стоявшей под нужным углом. — Мы можем с тобой поговорить?

К грёзе присоединилась женщина. Разумеется, она была зелёной, при чём особенной прозеленью отдавали большие пальцы её рук, в которых она держала лейку.

— Кто вы такие?

— Я кобылка Ромашка из другого мира. Мы с друзьями нуждаемся в твоей помощи для того, чтобы остановить колдунов.

— Но колдуны не причинили нам никакого вреда! — запротестовала Джфрайя.

— Они причиняют вред воровством в другом мире, — ответила Ромашка. — Среди нас есть двое, чьи сородичи страдают там прямо сейчас.

— Почему я должна вам помогать?

— Яне из мира Тор сказала, что ты не откажешься.

— Яне? Но она заточена на синем острове.

— Да. Яне с Пирамиды. А та, о которой я говорю, проживает на Торе — спутнике, что вращается вокруг головы вашей Яне, — Ромашка нарисовала в грёзе изображение Яне с бубликом у головы.

— Слишком сложно, чтобы спорить, — пожала плечами Джфрайя. — Ладно, я вам помогу.

— Отлично. Думаю, вашему миру станет лучше, когда он перестанет противостоять другим мирам. В конце концов, вам бы не хотелось самим оказаться жертвами других миров.

— Полагаю, нет.

Затем Ромашка представила грёзой друзей.

— Но почему все они связаны? Они узники?