— И последствия вам известны?

— Да.

— В таком случае, мы охотно вам поможем. Я кентавр Чаз, — он огляделся.

— Чаша, возьми на себя фавна.

К нему подрысила кобылица каштаново-синей масти. Её прелести, стандартные по меркая кентавров, но внушительные, по сравнению с человеческими женщинами, производили обычное впечатление. Леспок попробовал взобраться на её спину, но безуспешно; его угол всё ещё оставался неподходящим для подобных манёвров. В конце концов, она сама подняла его руками, ненароком прижав к обилию плоти спереди, перевернула и плюхнула на свой круп.

— Чаффи и Чайд, берите девушек.

Двое насмешливых молодых жеребцов приблизились к принцессам. Ухмылки на лицах увяли, когда они рассмотрели свою будущую ношу поближе. Юнцы внезапно стали очень заботливыми. Подняв День, жеребец усадил её на спину приятеля; так же поступил с Ночью и другой. Девушки, быстро разобравшись в ситуации, на похвалы и благодарности не скупились. Жеребцы, которые могли оказаться весьма острой занозой в одном месте, были укрощены.

— Чалый, зелёная леди поедет на тебе.

К Джфрайе подошёл пятнистый жеребец, который, немного повозившись, справился с ней самостоятельно.

Чаз вопросительно взглянул на Леспока: — Это всё?

— Нет, — сказала Джина. — Она набросила свою накидку для обретения частичной видимости. — Я крылатая гоблинка с красного треугольника.

— Чаниль, — позвал предводитель кентавров.

Кобылка тоже взгромоздила на себя седока без помощи со стороны.

— Теперь осталась только кобылица? Где она?

— За тропической депрессией, по дороге к синему замку, — сказал Леспок.

— Я пошлю туда жеребцов, — кентавры со своими ношами пустились в путь и вскоре добрались до Ромашки. — Чикори, Чиффон, Чайм, Чип, — окликнул Чаз, и к ним подбежало ещё четверо кентавров. — Чаниль, сделай носилки.

Кобылка под Джиной достала несколько жердей с прочной тканью и магическим образом сотворила подходящие для лошади носилки. Четыре кентавра подняли на них Ромашку, затем подобрали торчавшие из жердей ремни наподобие упряжи и надели их на верхнюю часть торса. Такое устройство позволяло им держать руки свободными. Когда жеребцы заняли свои позиции, туго натянув ремни, носилки с Ромашкой оказались в воздухе.

— К серой границе: шагом марш! — приказал Чаз. Все десять кентавров идеальным строем направились туда.

Их путь продолжался. Однако Леспок и другие чувствовали себя легче; бесценная помощь требовала соответствующей оплаты.

— Как так вышло, что красный фавн оказался в наших краях? — спросила его по дороге Чаша.