Коре ничего не оставалось, как броситься на него.

Он выстрелил. Но, к счастью, в то же мгновение сзади, от двери, на полицейского бросился кот Колокольчик.

Полицейский рухнул на пол, выстрел пришелся в потолок, и Кора рыбкой ринулась к пистолету.

Но дотянуться до него она не успела. Тяжелый сапог императора жестоко надавил на ее кисть. Острая боль пронзила ее. Пальцы разжались.

— Вот так, — сказал император Дуагим. — К счастью, мы успели. И ваша попытка убить несчастного инвалида-полицейского не удалась. Вам не удалось убить несчастных деточек, наследных герцогов Кальяри. Идите сюда, крошки, адъютант Гим даст вам по конфетке. Ну, сколько раз вам говорить?

Потупясь, дети подошли к императору.

— Мотайте отсюда! — приказал император и вместо конфет дал им подзатыльники, да такие, что дети вылетели из комнаты. За ними на четвереньках проследовала нянька.

— Поднимите полицейского, — приказал он Гиму, вбежавшему следом. — Он представлен к медали за благоразумие.

Гим начал поднимать полицейского, чтобы посадить его в каталку. Полицейский завопил:

— Ой, у меня рука сломана!

— Терпи! — приказал император.

Он проследил глазами за тем, как Гим и еще один охранник взвалили полицейского на кресло и выкатили из гостиной.

Император убрал каблук с руки Коры. Она попыталась двинуть пальцами, но пальцы не слушались.

— Изверг, — сказала она. — Я вам этого никогда не прощу.

— Тебе осталось так мало жить, — произнес император, — что я переживу твою ненависть.

Тут же его рука поднялась, и он выстрелил в сторону зарычавшего котика.

Зазвенел экран телевизора, метнулась серая тень — кот успел скрыться…

— Ты что здесь делала? — спросил император, жестом приказывая Коре подняться. — Ты почему с герцогскими детенышами порнуху смотрела? С ума, что ли, сошла? Или вербовала?

Кора невольно оглянулась на разбитый телевизор. Значит, когда император вошел, на экране вновь крутился порнографический фильм — любимое зрелище испорченных детенышей?

Это любопытно.