Авалина снисходительно кивнула предводителю моджахедов:

— А ты закрой глаза и шепчи молитвы… так тебе станет легче!

Министр исламского государства зажмурился, и отведя взор смотрел себе прямо под ноги. Но все равно, голые пятки красотки время от времени влетали в окно обзора, заставляя нефритовый стержень пульсировать, и заливаться жизненным соком. А это очень мучительно, тем более от Авалины исходит такой пьянящий запах.

Девчонка-лазутчица останавливается и уже куда более сердитым тоном произносит:

— Перестань думать об спаривании. Низменные мысли увлекут тебя в Тартар! На этом уровне уже полно злых духов…

Абдалла в полном отчаянии простонал:

— Невозможно противиться сему искушению!

Авалина повернулась к министру и хитро прищурившись, проворковала:

— А ты тогда сделай так… Произнесли трижды — отныне ты моя законная жена перед Аллахом!

Абдалла обрадовался такому предложению, как жадно заблестели его карие глаза. И министр принялся скороговоркой произносить приглашение к браку.

Когда он, утирая стекающий с низкого лба холодный пот, закончил, Авалина поманила его своей голенькой, очаровательной ножкой за собой:

— Следуй далее за мной… И теперь ничего не бойся!

Стало значительно холоднее, в воздухе проносились летучие мыши и вместе с ними непонятные, но очень страшные на вид крылатые животные. Министр обороны бросившего вызов всему миру Халифата старался казаться бесстрашным. А Авалина вообще уверовала в собственную неуязвимость и шествовала далее, гордо вскинув голову и расправив не по-женски широкие и атлетически развитые плечи.

Вот, наконец, ступеньки кончились и красавица-блондинка ударом мускулистой, сильной ноги распахнула двери, ведущие в тускло освещенный склеп.

Там находилась полуистлевшая мумия, стоящая на платиновой крышке большущего и длинного сундука. Эти несущие трупным запахом мощи казались маленькими, и совсем не страшным, но Авалина остановилась и плавно опустилась на колени. Абдалла неохотно последовал за ней. Красавица-блондинка совершила поклон, министр сделал тоже самое едва не уткнувшись лицом в розовые, всегда чистые даже когда эта ведьма ходила по грязи подошвы девчонки.

Далее, Авалина принялась медленно шептать сложную манту, Абдалла в свою очередь должен повторять все слова за ней…

Девушка-лазутчик шептала и раскачивалась, её голов то ускорялся, то наоборот замедлялся. Абдалла несколько раз уже сбивался, и при каждой ошибке, босые пальцы воительницы больно давили его за нос. Министр вынужден был терпеть, так как иначе он бы сам превратился бы в мумию.