— Я же не совсем дурак, Паршивый.

Тот рассмеялся.

— Мне нужно поговорить с Его Высочеством, Королем Воров.

Калли приподнял бровь.

— Ты храбрый парень, скажу я тебе.

— Это очень важно, Калли.

— У тебя вечно все очень важно, Паршивый. Что у тебя за дело?

Диллон задумчиво посмотрел на него, потом решившись сказал внезапно:

— Ладно, я расскажу, только пообещай мне не трепать языком, пока я тебе не разрешу, а не то будешь иметь дело со мной!

— Фу-ты ну-ты! Ты мне угрожаешь, да? Ладно-ладно, валяй, рассказывай! Ни одна живая душа не узнает, пока ты не позволишь.

Диллон рассказал ему почти все — единственное, о чем он умолчал, это о месте, где скрывались Лахлан Мак-Кьюинн и Синие Стражи, решив, что лучше держать этот секрет при себе. Калли изумленно присвистнул один или два раза, но, если не считать этого, пока Диллон не закончил рассказ, ни разу его не прервал. Потом помедлив, сказал:

— Это все объясняет. Последние несколько месяцев какая-то старая сплетница постоянно нашептывает в уши Его Высочеству такие штуки — про Самайн и крылатого парня, который спасет нас всех. Нам велели разнести эту байку, поскольку еще многие не слышали об этом, потому что бежали из своих деревень.

— Зачем? Почему в городе столько народу? — спросил Диллон. — Мы уже больше месяца не слышали никаких новостей.

Калли захохотал и произнес:

— Что ж, устраивайся поудобнее, мой мальчик. Сколько у тебя времени?

Когда Калли закончил свой рассказ, Диллон был бледнее мела. Яркие Солдаты, взявшие Дан-Горм; Фэйрги в реках и озерах; Ри, вынужденный бежать в Лукерсирей — неудивительно, что дворец так охраняли и так ярко освещали! Что бы сказал Лахлан, узнав, что его брат находится на другом конце парка?

Его знакомый проглотил остатки виски и сказал:

— Да, Его Высочеству будет очень интересно услышать твои новости. В последнее время ему пришлось часто переезжать, потому что Оул постоянно обыскивает дома и хватает всех, кого подозревают в причастности к Гильдии. Последние шесть месяцев выдались нелегкими.

Через некоторое время Калли повел Диллона обратно в город, направляясь в богатый купеческий квартал. Улицы были широкими и чистыми, а через каждые несколько шагов висели фонари, в струях дождя похожие на размытые желтые шары. На улицах пели и танцевали гуляки.

— Не ожидал увидеть празднование Самайна, — тяжело дыша, сказал Диллон.