– Бедняга Тормон. Я должна сопровождать его. Ведь Пресвел появился здесь из-за меня.
– Тогда и я поеду, – заявил Кетейн, – и возьму лучших воинов. Несколько лучников совсем не повредят, когда вокруг так и рыщут крылатые хищники.
«Какое счастье, что у меня есть ты, – с благодарностью подумала Серима. – Надо же, после стольких лет одиночества встретить такого мужчину!»
На торговца было ужасно смотреть. В глазах застыла непереносимая мука, волны бессильной ярости и страха буквально захлестывали окружающих.
– Погоди, Тормон! – закричал вождь, увидев, что несчастный отец уже оседлал своего вороного. – Я пошлю с тобой людей. Одному тебе не справиться. Подумай о кровожадных тварях!
– Некогда ждать!
Торговец стиснул зубы и направил жеребца к дверям. Воины, стоящие на страже, растерянно переглянулись. Серима кинулась к товарищу.
– Позволь нам помочь, Тормон. До ночи тебе все равно нельзя показываться Пресвелу на глаза, иначе тот убьет заложников. Горцы – отличные следопыты, да и собраться в путь им недолго. Кроме того, Аннас потребуются защитники. Если крылатые убийцы нападут в темноте, ты горько пожалеешь, что отказался от нашей помощи! Торговец натянул поводья.
– Разумеется. – Серима уже седлала резвого скакуна, подаренного ей горцами. – Ты же не думал, что я брошу друга в беде? Еще с нами будут Кетейн и его храбрецы.
Тормон помедлил, разрываясь между здравым смыслом и отчаянным влечением действовать немедленно. Потом кивнул:
– Давайте, только скорее!
Прошло совсем немного времени, и маленькая группа верховых покинула крепость. Леди решительно отказалась от предложенного товарищем сефрийца. Она уже привязалась душой к легкому, быстроногому коню, со спины которого к тому же гораздо удобнее разговаривать с Кетейном, а это немаловажно, если учесть угрюмую одержимость Тормона: не молчать же всю дорогу!
Свинцовые небеса над унылыми торфяниками хмурились по-зимнему, разражаясь то ледяной изморосью, а то и первыми пригоршнями сырого снега. В продуваемых ложбинах качались на ветру папоротники и верески, поседевшие от инея.
Трое из дюжины всадников держали наготове длинные луки и стрелы. Ехать приходилось со всей осторожностью: даже малейшая ошибка могла стоить жизни заложникам. К счастью, следы копыт четко выделялись на влажной земле. Впрочем, горцы часто отступали от проложенной Пресвелом тропинки, выбирая собственные тайные пути. Осмотрительный Кетейн с трудом осаживал торговца, обезумевшего от горя,– тот так и рвался вперед, разделаться с похитителем дочери.
Серима приблизилась к товарищу.