– Зачем? – парировал Кэшел. – Думаю, в ближайшем времени я и так все узнаю.

Ему, конечно, хотелось узнать, что это за звуки – неспроста же он спросил в первый раз. Но играть в глупые игры, которые затевал самолюбивый демон, он не собирался. Только время понапрасну тратить. Все равно, что бегать вокруг дома за курицей, которую хочешь отправить в котел. Лучше бросить пригоршню зерна у своих ног, и глупая птица сама прибежит.

Тебе останется только свернуть ей шею.

Кэшел хмыкнул. Интересно, а каков бульончик из демона? Наверняка, на вкус хуже тухлой каракатицы.

Светлый и просторный лес напомнил парню общинные лесные угодья у них под Баркой. Там за этим следили: хворост собирали, а сухостой валили – на дрова. Плюс к этому вездесущие свиньи подчищали лесок в поисках подножного корма. Возможно, здесь такая же картина? Правда, Кэшелу не хватало привычного дымка, которым обычно тянуло от деревни.

С другой стороны, он перестал чувствовать и серный запах, хотя по сухости в горле догадывался, что тот никуда не исчез. На самом деле с вонью всегда так: проходит немного времени, и ты к ней привыкаешь. Эрманд ор-Пайл тоже не замечает, как шмонит от его кожевенной мастерской, хотя у его односельчан с души воротит от этого букета – квасцы, моча и протухший жир.

Краешком глаза Кэшел уловил легкое движение среди деревьев. В какой-то момент ему показалось даже, что движение происходит внутри самих деревьев. Женщины вроде? Хотя вон Кольва тоже на первый взгляд выглядела как женщина…

Звучание рожков смолкло. Вместо них невидимая рука начала перебирать струны, а чей-то голос выводил мелодию. Слов Кэшел разобрать не мог.

Юноша несколько раз крутанул посох – сначала перед собой, затем над головой. Блестящие наконечники выписывали безукоризненные восьмерки, гладкие как масло. Перекрещивая запястья и меняя руки, Кэшел проделал весь набор движений, чтобы вернуть посох в исходное положение.

Хорошо, что здешний лес не отличается густым подлеском. Такое оружие, как семифутовый посох, занимает много места, даже если его просто держать в руках. Когда же такая штуковина с железными наконечниками начнет вращаться в лесу со скоростью, которую позволяют руки Кэшела – Дузи свидетель! – вы ослепнете от летящих веток и ползучих побегов.

– Эй пастух, судя по всему, ты решил сразиться с ними своей палочкой? – подал голос Криас.

– Я предпочитаю вообще не сражаться, если без этого можно обойтись, – ответил юноша, стараясь успокоить дыхание. Сердце его забилось сильнее… и не от привычного упражнения с посохом, а от перспективы схватки, которой – тут Кэшел не соврал демону – он не искал.