Какое-то время Кэшел не ел, а наблюдал за Лией, желая перенять манеры. Это оказалось ошибкой: любвеобильная дама тут же бросилась кормить парня, будто он был несмышленым младенцем. Юноша покраснел до корней волос, но возражать не решился, боясь только ухудшить положение.

– Скажите, Кэшел, вас привело в Тиан древнее пророчество? – вопрошала Лия, выискивая на тарелке очередной лакомый кусочек.

Поспешно – чтобы опередить услужливую даму – юноша наколол какую-то снедь на кинжальчик и запихал в рот. Старательно пережевывая пищу – кажется, это была смесь грибов и шпината, запеченная в тесте, – он пробубнил:

– Вы имеете в виду великана, пришедшего разрушить Тиан? Нет, госпожа, я никогда даже не слышал о вашем городе.

Он снова погрузился в воспоминания и озадаченно нахмурился, поскольку все, что касалось прошлого, оказалось затянуто какой-то дымкой.

– Честно говоря, я не помню, куда шел… кроме того, что мне надо встретиться с Шариной. Где-то…

– Ну, так или иначе, я рада вашему появлению, – прощебетала Лия. Затем хихикнула. – А может, вы пришли повидать меня?

Посерьезнев, она бросила на него взгляд искоса и громко добавила:

– Я, во всяком случае, считаю все эти разговоры просто глупыми суевериями, и все. Но мне бы очень хотелось, чтобы глубокоуважаемый Лью разрушил лестницу.

– У вас будет для этого время, прекрасная Лия, если я со своими рыцарями потерплю поражение, – склонившись вперед, вмешался в беседу король. – Надеюсь, мы – благодаря мужеству и умению – сумеем защитить город. Даже ценой собственных жизней.

– О, я не желаю слышать ничего подобного! – произнесла королева, чьего имени Кэшел не разобрал. – Меня в дрожь бросает при мысли о завтрашнем сражении с монстром.

– Я уже говорил вам, дорогая, – вступил в разговор мужчина, сидевший по другую сторону от королевы. Он выглядел точной копией Сиа, только постарше и погрузнее. И голос у него, в соответствии с комплекцией, был более звучный и елейный. – Я и мои предшественники на посту Священника Города верим, что так называемое пророчество Лана Ти не более чем аллегорическое утверждение, направленное на сохранение священных основ нашего государства. «Тысяча лет» – это фигура речи, которую буквально надо понимать как «через очень долгий срок» или даже «никогда».

– Ах, Шэн, ваш здравый смысл всегда действует на меня успокаивающе, – вздохнула королева. – Но тем не менее я не могу не волноваться о моем Лью. Увы, мы, женщины, лишены вашей силы.

Кэшел представил, как кто-нибудь взял бы на себя смелость заявить подобное Илне и аж поперхнулся. Уж кто-кто, а его сестра проявляла больше холодной решимости, чем, скажем, ласка или другой какой хищник. В то же время, если только он правильно понял королеву, эта женщина так и не научилась твердости в решениях.