Командир Кровавых Орлов выдавил кривую улыбку.

Гаррик рассчитывал, что на набережной их будет дожидаться все воинство Валдрона. Но вот то, что на крыши домов и балконы высыпали сотни горожан, – это оказалось сюрпризом. Издали услышав ликующие вопли солдат, они – сначала нерешительно, затем все энергичнее – поддержали их.

– Они, наверное, думают, что мы возвращаемся с победой, – сказал принц, обменявшись взглядами с Лиэйн и Шариной. – А мы попросту радуемся, что остались живы.

– А мы и в самом деле победили, – отозвался Кэшел, который шагал рядом с Шариной и нес на сгибе локтя старую волшебницу. Аттапер хотел было построить для нее носилки, но Кэшел только отмахнулся. – Разве неправда, Теноктрис?

– Думаю, это так, – ответила старуха, слишком еще слабая после выпавшего испытания, но тем не менее довольная. Гаррик с трудом разобрал ее слова, но улыбка на губах говорила сама за себя. – Мы выполнили то, что собирались сделать. По крайней мере, это будет так, когда Ансалем выполнит свое обещание.

Наконец-то тяжелые башмаки Гаррика застучали по каменной насыпи старинного моста – не призрачного, а настоящего моста времен Старого Королевства, из дерева и камня. Юноша вытянул меч из ножен и помахал им над головой:

– Острова! – прокричал он. – Да здравствует Королевство и его граждане!

Для них, вернувшихся из Клестиса, нестройные крики горожан звучали слаще соловьиного пения. Гаррик обнял Лиэйн. Не будь у него меча в руке, он бы и подбросил ее в воздух, как это делается в праздничном Танце Урожая.

Лорд Валдрон поджидал их на каменной насыпи, в окружении своих помощников и еще дюжины вэлисских аристократов. Он взирал на все сумрачным соколиным взором, не обнаруживая ни страха, ни надежды. Должно быть, с таким же лицом стоял он рядом с королем Валенсом у Каменной Стены – убежденный, что это не самый лучший день в жизни Королевства, но мужественно приемлющий подобное знание.

Королю Валенсу тогда повезло – он со своей армией победил у Каменной Стены. Но за ним стояли такие люди, которые при всем своем пессимизме, скорее, умерли бы, чем отступили. Гаррик – и король Карус в его душе – ощутили внезапный прилив признательности к этому старому вояке.

Аттапер не позволил принцу последним выйти из Клестиса, как тот собирался. Вслед за ним выходило подразделение Кровавых Орлов: выкрикивая радостные лозунги и колотя копьями по своим деревянным щитам, солдаты прогрохотали по мосту. Толпа, даже части Королевской Армии, встретили их со страхом и надеждой.

Гаррик обернулся. Мост поблескивал, будто первый снег на солнце. Голубое свечение, которое еще минуту назад казалось таким твердым и надежным, стало гаснуть, уходить внутрь самого себя. Юноша видел, как каждая частичка конструкции пришла во вращение, которое увлекало ее невесть куда – в места, неподвластные времени и пространству.