– Я вынужден был убить Эдуарда! Он был романтиком, он все испортил бы! Анк-Морпорку так нужен король!
Ружие дернулось и выстрелило. В тот же миг Моркоу стремительно прыгнул в сторону.
Тоннели светились запахами, в основном едко-желтыми и землисто-оранжевыми ароматами древних стоков. Воздух был неподвижным, и поэтому оставленная Проблемсом линия, петляющая по густому смраду, была четко видна. Впрочем, был еще запах ружия, яркий, как свежая рана.
«Я почуяла запах ружия в Гильдии, – подумала она, – после того как мимо прошел Проблемс. А Гаспод сказал, что так и должно быть, потому что ружие хранилось в Гильдии… но из него там
Она выбежала по воде в большой зал и увидела – своим носом – всех троих: неотчетливую фигуру, пахнущую Ваймсом, падающую фигуру, которая была Моркоу, и поворачивающуюся фигуру с ружием…
А потом она перестала думать головой и отдалась на волю тела. Волчьи мышцы несли ее вперед, лапы почти не касались воды, а волчьи глаза не отрываясь смотрели на шею Проблемса.
Ружие выстрелило четыре раза. И все пули попали в цель.
Она всей массой врезалась в человека.
Ваймс, рассыпая во все стороны брызги, вскочил на ноги.
– Шесть выстрелов! Шесть выстрелов, гаденыш! Теперь ты мой!
Проблемс обернулся, увидел приближающегося Ваймса и, поднявшись, быстро побежал по тоннелю.
Ваймс вырвал арбалет из рук Моркоу, в отчаянии прицелился и нажал на курок. Ничего не последовало.
– Моркоу! Идиот! Ты даже не взвел его! – Ваймс вгляделся во мрак. – Скорей! Он не должен уйти!
– Это Ангва, капитан.
– Что?
– Она мертва!
– Моркоу!