Сделав несколько шагов, конт Флери обернулся. Да, он волновался, хотя вида, конечно, не подавал, впрочем, лицезрение замерших в строю друзей детства его, пожалуй, взбодрило. И мелькнула мысль, что предки, скорее всего, не так уж и не правы. Закованные в сталь друзья выглядели сурово, но очень значительно. И куда как весомее, чем если бы одеты были в шелка и парчу.

Какая-то мысль мелькнула, но исчезла прогнанная.

– Мой конт, наденьте шлем, – опять забубнил Слуга Замка.

Наследник было уже обернулся, чтобы дать резкий ответ, но мысль вернулась. Большая зала была пуста. Не высились у дверей великаны Дворцовой Стражи, не сновали хохотушки-служанки, не кокетничали с кавалерами Дамы Замка. Было пусто. Лишь из-под дверей, ведущих в покои невесты, растекался густой, тяжелый темно-серый дым.

«Пожар», – мелькнула заполошная мысль, и встревоженный участью любимой наследник, плюнув на достоинство, бросился к дверям.

Глаза привычно выбрали место для удара, и лишь когда тяжелый подкованный сапог расшвырял покрытые вычурной резьбой створки, понял.

Какой может быть пожар в замке?

И резко остановился, уперевшись взглядом в оголовья стрел, направленных ему в лицо.

Унго дор Анненхейм

Как причудливо складывается судьба моя. Во время нашего непродолжительного отдыха наш друг Граик немало читал мне, ибо местной грамотой овладел я недостаточно. И мне запомнились слова одного мыслителя о том, что жизнь напоминает путешествие по горам. Ибо для того, чтобы достигнуть другой вершины, непременно надо спуститься в низину. И на самом деле, едва успев насладиться роскошью Замка Шарм'Ат, я вновь попал в горнило боя.

Едва отзвучало сообщение о нападении, как врата пиршественного чертога распахнулись, и из них повалила масса рогоглазых. Только сейчас я понял, почему великаны в блистающих доспехах так странно держали строй, оставляя столь большие промежутки в цепи. Их огромным мечам было нужно место. И мечи взвыли, как пещерные медведи, почуявшие добычу. И заблистали мутными полосами, мгновенно окрасившись кровью. И как это ни невероятно, но великаны сделали шаг вперед, выдавливая рычящую толпу нападавших.

Признаюсь, я засмотрелся, любуясь отточенностью движений этих невероятных воинов, когда меня вдруг сшиб с кресла Саин и пинком перевернул стол. А воздух уже заполнил столь хорошо мне известный шелест стрел голькосов рогоглазых. Внутренняя сторона столешницы сразу покрылась узором утерявших силу болтов. Весьма густым узором, что наполнило сердце мое гордостью. Враг посчитал нас опасным противником, раз направил именно в нас первый удар. Но…