Опираясь на локоть Рыма, он долго плутал по веромировым хоромам в поисках отведенных ему покоев. Верный оруженосец тихо ворчал: дескать, отрывают его всякие слабаки от важных занятий.

– Ничего, ничего, – непослушным языком утешал Су-мук давнего товарища. – Сейчас только найдем мою постельку, и вернешься к той гарной дивчине. Лишь бы дверь найти, а дальше я уж сам как-нибудь.

– Найти-то найдем, – вздыхал Рым. – Только уведут ту дивчину. И бочку ту вылакают до донышка.

– Крепкий ты мужичище, – не без легкой зависти заметил джадугяр. – После такой пьянки способен еще о бабах думать. И о горилке… О! Вот и дверь!

Это на самом деле была его комната. Страшно обрадованный гирканец довольно быстро отыскал в одном из карманов ключ и даже умудрился без посторонней помощи отпереть дверь. Он уже собирался отослать изнывавшего Рыма, как вдруг из коридорного полумрака к нему приблизилась стройная высокая фигура.

– Здравствуй, Сумук.

Он слишком хорошо помнил этот мелодичный голос с сильным будинским акцентом. Зеленоглазая рыжекудрая змиевская колдунья, которой он безумно увлекся года четыре назад, но которая, если верить ее словам, предпочла магию любви. Сумукдиар очень жалел, что ему не дано связать судьбу с этой умной красивой девушкой. Впрочем, несколько последних месяцев он почти не вспоминал о ней. Время лечит любые раны.

– Здравствуй, Фетиса. Я рад тебя видеть.

– Я тоже рада… что ты не забыл меня.

– Тебя забыть невозможно. – Он грустно улыбнулся и развел руками. – Глупо устроен этот мир… Я очень тосковал после нашей разлуки.

– Ну теперь-то, слава Макоши, успокоился. – Колдунья как бы невзначай коснулась его руки. – Я слышала, ты нашел свою настоящую любовь.

– Да, извини. Если бы ты тогда…

– Не будем об этом. Послушай… – Фетиса запнулась, отвела взгляд. – Желаю тебе счастья, конечно. Только… Если окажется, что ты ошибся в этой ведьме, или просто почувствуешь себя одиноким – вспомни обо мне.

Не дожидаясь ответа, она быстро поцеловала ошарашенного Сумукдиара в край губ и скрылась за углом. Проводив ее взглядом, Рым причмокнул и сказал, покачивая головой:

– Добрая девка. Никак в ум не возьму, почему ты упустил ее тогда.

– Да она сама не хотела, а уж как я вокруг нее увивался… – Сумук с пьяной удалью отмахнулся. – Ладно, дело прошлое. Я себе получше сыскал.

– Ну-ну. – Рым внезапно посуровел. – Ты гляди: доверяй, но, это самое, проверяй.

Все эти невнятные намеки на эзоповом языке, которых он наслышался на протяжении последней недели, изрядно бесили гирканца, поэтому он озлобленно прошипел: