– А жрецы?

– Только архимаги, – повторил Эрхал. – Разве что попробовать тебе разыскать Картарина.

– Ну в любом случае нам нет смысла идти в Дапру, – сказал Темьян. – Раньше я думал, что там мы хотим сразиться с Творцом, но теперь мы можем сделать это где угодно, хоть прямо здесь. Он только того и ждет!

– Ты забываешь, Темьян, что есть еще Бовенар-амечи и некий дейв. Я хочу потолковать с ними, это во-первых, – сказал Эрхал. – Во-вторых, нам надо вытащить из плена Нефелу. Или ты уже раздумал освобождать ее?

– Не раздумал, – вздохнул Темьян.

– И, в-третьих, у Аля Приказ: отвести меня во дворец Бовенара. И он выполнит Приказ, даже если ему придется связать меня и тащить всю дорогу на себе. Так, Аль?

– Так! – с вызовом ответил Должник.

– И кроме того… – Эрхал сделал паузу. – Если вы заметили, погоня постоянно пытается оттеснить нас от Дапры, хотя Творец должен бы мечтать, чтобы мы сами пришли к нему во дворец – чего уж проще расправиться с нами прямо там! Но Творец выставил кордоны на пути к Дапре, словно хочет помешать нам добраться туда.

– А, ты тоже заметил! – обрадовался Аль. Именно эту странность он и хотел обсудить с волшебником.

– Заметил, – кивнул Эрхал. – Так что же такого там, в столице Кротаса, если наш враг пытается не пустить нас туда?

«Да, – подумал Аль, – что же такого там особенного, если Змееносец приказал мне убить тебя именно во дворце Бовенара, в неком конкретном месте, и нигде иначе, а?!»

13

13

Их путешествие продолжалось больше двух недель. К счастью, осенние ночи здесь, на юге, оставались довольно теплыми, а Темьян отлично ориентировался в лесу, и у них всегда была еда и вода. По дороге они часто обсуждали, как им пробраться в Дапру – наверняка все ворота охраняются не только усиленной стражей, но и магами. После длительных обсуждений решили положиться на интуицию Должника, которая в решающий момент должна подсказать Алю, как действовать. Но чем ближе они подходили к цели, тем задумчивее становился Должник – приближалось время его третьего, последнего Приказа. Он все чаще вспоминал увиденное в чистилище: убитый им Эрхал, распростершийся на камнях мостовой, и Темьян, заносящий для удара меч над головой самого Аля. И он мрачнел все больше, инстинктивно стараясь задушить в себе симпатию к своей будущей жертве, хотя душа так и рвалась назвать Эрхала… другом! Как ни странно, он испытал настоящее облегчение, когда из-за леса показались наконец высокие крыши Дапры. Аль за последнее время так извел себя мыслями о неизбежном, что был рад любому исходу, лишь бы все поскорее закончилось.