– Какое?

– Все будет всерьез: раны так раны, смерть так смерть.

– Что?! – не поверила своим ушам Мьюла.

– Ты слышала! – отрезал Проклятый, и сквозь дарианскую внешность проступила на миг его подлинная сущность – сущность Повелителя Мироздания. – Подумай хорошенько, Мьюла. Ты можешь согласиться, а можешь отказаться. Принуждать силой тебя никто не собирается. – Он ехидно усмехнулся, явно намекая на ее недавние мысли. Мьюла не знала, куда деваться от смущения. Талат настойчиво глянул на нее:

– Так что ты решила?

Девушка колебалась одно мгновение. Конечно, было страшно, но… ей вдруг захотелось произвести на него впечатление. Может, уязвленная женственность была причиной, а может, он просто понравился ей.

– Я согласна!

– Талат, – вкрадчиво подсказал он.

– Что? – удивилась Мьюла.

– Ну назови меня хотя бы разок по имени, – дурашливо попросил Проклятый. Сейчас он снова напоминал обычного дарианского парня, пытающегося склеить понравившуюся ему девушку.

Мьюла невольно улыбнулась:

– Ну держись, Талат! Где будем драться?

– А прямо здесь. – Он скинул камзол, оставшись в белой рубашке и темных штанах. – Тебе нужно переодеться?

– Нет, вот только придется идти в оружейную за мечами.

– Не надо. – Талат вытащил из-за стола ларец. Поставил на столешницу. Открыл: – Выбирай.

Мьюла дотронулась до легкого, прочного лезвия цэрэ, провела пальцем по выгравированной на клинке драконьей морде, взялась за рукоять. Потянула. Сталь заскользила в плавном замахе, описывая широкий полукруг. Лезвие еще плыло в воздухе, когда в руке у Мьюлы оказался ова и заскользил навстречу цэрэ. Казалось, мечи вот-вот столкнутся, но они разошлись буквально в волоске и, закончив стремительное движение, застыли остриями вверх, готовые в любой момент возобновить свой смертоносный бег.

– Красиво. Круг Воды? – спросил Талат.

– Да, это мой любимый стиль.

– Тогда нам обоим придется нелегко – я предпочитаю Круг Пустоты.

– У нас разные стили, – согласилась Мьюла, – но так даже интереснее. Ну что, начнем?