Она быстро нащупала конец заклинания, направленного на Айвата, и пустила в обратном направлении крошечный, едва заметный Огонек. Огонек побежал по заклинанию, как по фитилю, сжигая его, обращая в пыль, а в конечной точке ужалил волшебника – мгновенно, но очень болезненно. В царящем гаме Мьюла не слышала крика волшебника, но не сомневалась, что при встрече с ее Огоньком он закричал. Теперь на ладони волшебника появится неисцеляемый крошечный ожог, по которому Мьюла без труда сможет установить, кто именно желает смерти Айвату.

Освобожденные от заклинания веревки Айвата затрещали, но он все равно отставал – Бонторн разорвал последний из узлов и ринулся за кинжалом. Руки Айвата уже были свободны, но ноги оставались связанными, он сидел на песке и торопливо распутывал узлы, когда Бонторн накинулся на него с кинжалом. От первого удара Айват увернулся и попытался подсечь Бонторна связанными ногами, но тот отскочил и повторил попытку.

Мьюла и Юлиса так переживали за Айвата, что не заметили, как слуга принес и поставил на стол вино и кушанья, как вернулся Керн.

– Я вижу, Айват еще жив, – сказал он.

– И даже побеждает! – с восторгом откликнулась Юлиса.

Мьюла внимательно оглядела Керна. Одну из ладоней он держал неестественно прямо, словно там была рана. Мьюла усмехнулась. Вот и выяснился скрытый недруг Айвата. Впрочем, кто он, и так догадаться было несложно.

– Я хочу представить вам кое-кого. – Керн пришел в сопровождении молоденькой, хорошенькой женщины, одежда и поведение которой сразу натолкнуло Мьюлу на мысль, что она не кто иная, как наложница при Пирамиде. Юлиса в свое время рассказала ей, что на Ксантине в ходу рабство, и при всех гостиницах и увеселительных заведениях есть наложницы – девушки для удовольствий.

– Это Вики, – продолжал Керн, насмешливо поглядывая на Мьюлу. – Айват нанял ее на время пребывания в Лорси и уже пользовался ее услугами несколько ночей.

Юлиса насупилась и бросила опасливый взгляд на Мьюлу, а та чарующе улыбнулась наложнице и сказала:

– Что ж, у моего жениха хороший вкус. Вики, садитесь с нами, выпейте вина. Я надеюсь, вы понимаете, что ваши услуги Айвату больше не понадобятся?

– Как скажете, – пробормотала девушка, и в ее голосе Мьюле вдруг почудилось тщательно скрываемое сожаление.

– Садитесь, – повторила Мьюла. Вики нерешительно уселась на краешек дубовой колоды, заменяющей стул. Мьюла налила ей вина. – Пейте, Вики, не стесняйтесь. Здесь отличное вино.

Если Керн и был раздосадован таким поворотом, то не подал виду.

Между тем бой в клетке окончился победой Айвата. Он впился зубами в шею поверженного Бонторна, рванул, разрывая артерию, и начал жадно глотать кровь еще живого, бьющегося в конвульсиях противника. Зрелище было отвратительное. Айват сейчас походил не на человека, а на кровожадного монстра. Мьюлу передернуло от ужаса и отвращения, а Айват вдруг поднял голову и увидел ее. Он остолбенел, отказываясь верить своим глазам, а потом разглядел выражение ее лица, помрачнел, резко встал и пошел из клетки, отмахнувшись от слуги, который настойчиво просил его раскланяться перед публикой.