Мы подъехали к дому.

– Если вы не против, сэр, я бы предпочел не представлять себе такого. – Поук спрыгнул с лошади, вспугнув несколько уток и гуся. – Наверное, мне следует войти первым, сэр, и сообщить, кто вы такой.

На пороге дома появилась женщина средних лет.

– Мы мирные путники, – крикнул я, – желающие напоить своих лошадей и напиться сами. Позволь нам утолить жажду, и больше мы ни о чем вас не попросим.

Она не ответила, и я добавил:

– Если ты предпочитаешь отказать нам, так и скажи – и мы поедем дальше.

Поук быстрым шагом подошел к ней, ведя свою лошадь в поводу.

– Это сэр Эйбел, самый отважный из рыцарей герцога Мардера.

Женщина кивнула и смерила меня оценивающим взглядом.

– На вид вы человек отважный. И сильный.

– А также томимый жаждой. С утра я бился на поединках, а потом без шляпы ехал верхом под солнцем. Можно нам напиться воды?

Наконец она приняла решение:

– Могу предложить вам сидра, коли хотите. Это полезнее. А также пару крутых яиц и хлеба с колбасой.

До сих пор я не чувствовал голода, но, как только она упомянула про еду, я понял, что страшно проголодался, и сказал:

– У нас есть деньги, мэм, и мы с радостью тебе заплатим. Мы направляемся в Форсетти, чтобы рассчитаться с хозяином трактира, которому задолжали, и можем заплатить тебе тоже.

– Я угощаю. Входите же.

Женщина провела нас в кухню – просторное солнечное помещение с каменным полом, где со стропил свисали длинные связки луковиц.

– Садитесь. Вы, рыцари, проезжаете мимо до дороге почти каждый день, чему мы рады. Разбойники не беспокоят нас, только сборщики налогов. Но рыцари крайне редко заворачивают к нам. И не отвечают на наши приветствия.

– Наверное, они не так мучаются жаждой, как мы.

– Сейчас я принесу сидр. Бочонок стоит в погребе.