– Я буду там, Анс. – Я показал вперед. – Там и встретимся. А если я уеду прежде, чем ты подойдешь, просто следуй за мной, как раньше. Я достану тебе лошадь при первой же возможности.

– Можно я сяду сзади, господин? – спросила Ури. – Я бежала к вам со всех ног и очень устала.

Я представил, какие ощущения буду испытывать.

– Нет, нельзя. – Я спешился. – Но ты можешь сесть в седло одна. Я поведу коня в поводу.

– Я не могу ехать верхом, когда вы идете пешком! – с негодованием воскликнула она.

– Тогда тебе придется идти вместе со мной и Ансом.

– Я полезу по скалам, – решила Ури. – Там меньше солнца.

Несколько минут мы видели, как она скользит по расселинам легкой тенью или перепрыгивает с камня на камень резвой козочкой, проворно уворачиваясь от солнечных лучей всякий раз, когда те пробивались сквозь облака. Вскоре она словно растаяла в воздухе.

– Она эльф, хозяин, – сообщил Анс. – Они с сестрой пару раз приставали ко мне, пока я шел по дороге, пытались выведать у меня что-нибудь, только я ничего не сказал.

– А если бы и сказал, ничего страшного, – сказал я. – Я рад, что они тебя не обижали.

– О, они старались, хозяин, – фыркнул Анс, – только все без толку.

– Хорошо, что ты можешь обратить это в шутку, Анс. Думаю, мало кто смог бы.

Он ухмыльнулся, показав кривые желтоватые зубы.

– Я нашел вас, верно ведь, сэр? А значит, все в порядке, что бы ни случилось. Какое мне дело до эльфов?

– Если ты собираешься путешествовать с нами, – медленно проговорил я, – для тебя все сложится не самым благоприятным образом. Мы уже находимся на пограничной полосе между Целидоном и Йотунлендом.

На лице Анса отразился страх.

В тот вечер мы расположились лагерем в долине за ущельем, на почти ровном участке, откуда извилистая тропинка спускалась по расселине к бурному потоку. Я отправился к шатру Била и застал барона за беседой с Гарваоном. Идн молча наблюдала за ними.

– Садитесь, – сказал Бил, когда слуга принес складной стульчик. – Мы с сэром Гарваоном обсуждали опасности, подстерегающие нас дальше в горах. Я уже собрался послать за вами часового, когда он доложил, что вы ждете снаружи. Вы лучше всех владеете луком, а это много значит.

– Чего нельзя сказать о мече, – криво улыбнулся я.