Второй привал оказался необычайно длинным. Леки до отвала наелся отлично поджаренного мяса скрута. Почему-то посреди дня они жгли костер, как будто нельзя потерпеть до вечера.

– Ты разве не помнишь? – удивился Триго его вопросу. – Мы сегодня заночуем на Белой Поляне. Иллири сказал, это самое заповедное место Тэйсина, в дни Перехода там собираются луини.

– Какого это перехода? – Леки даже и не скрывал раздражения. – И чего мы туда потащились? Раз там луини полно?

– Да пойми же, луини не враги нам, – втолковывал Триго, – напротив, друзья. И здесь, на Большой земле, и в Идэлиниори, и на востоке, который мы потеряли. Они ведь помогают нам… слышать стихии Великой Матери и с ними разговаривать. Они – как мелкие мосточки к огромным силам сэниэкийи. Только магам они не нужны, у них свой дар, своя сила.

– Как это? – все еще хмуро пробормотал Леки.

Триго придвинулся ближе и зашептал:

– Вот, например, Инхио. Он ведь крепко связан с водами Великой Матери, но и ему не под силу дождевые облака в Балоку привести, даже за краешек. Он через луини попросил, точно тебе говорю. Луини Тэйсина необычайно сильны, им это ничего не стоит. Что такого, если дожди и Балоку краешком заденут?

– Когда он говорил, что дождь будет…

Леки подавленно примолк.

– Он знал, что будет дождь, но далеко. Я сам слышал, как он Лиссу говорил. А нам следы надо было стереть как можно скорее – и делай, что хочешь. Вот луини облака и подвели поближе, чтобы ливень и нас накрыл. Это ведь их земля, они здесь почти всесильны.

– И этот, в дереве, тоже так может? – Леки с уважением покосился на высоченное тави, давшее им приют.

– Нет. – Триго снисходительно усмехнулся. – Это не для него. Для этого есть водяные луини и общий круг Тэйсина. Они не в одиночку старались. Вместе они сильны, а так… Очень просто срубить дерево на окраине Тэйсина, а попробуй сделать это тут!

Он умолк. Среди полного безветрия в ветках тави прошелестел ветерок.

– Конечно же, никто здесь ничего рубить не будет, – поспешно добавил Триго.

– А что такое переход? – осторожно поинтересовался Леки, поглядывая по сторонам.

– Переходов много. – Триго опять понизил голос, как будто раскрывал невесть какой секрет. – Главный – Годичный Излом, их два – в середине лета и зимы. А еще есть рождение весны и осени. Они не приходят в один и тот же день, а лишь когда позволит Великая Мать. В Идэлиниори тоже почитают эти дни. Их называют Праздник Весны и Праздник Жизни.

Триго снова замолчал, глаза заволокло пеленой, ниори не в силах был удержаться от воспоминаний. Леки осторожно тронул его за локоть.