Кэлен за шиворот заставила его подняться.

– Если кто-то и виноват, так это я. Мне не следовало в темноте стараться держать дистанцию. Надо было... Одним словом, ты ни при чем. Несчастный случай, вот и все.

Отвернувшись, она зажмурилась. У нее в ушах еще стоял крик Стивенса. Как обычно, чтобы не выдать своего местоположения, они не зажигали факелов.

Признаков преследования вроде не было, но Кэлен рассудила, что лишняя предосторожность не помещает. Малейшая небрежность могла стоить жизни им всем.

– Похороните его как можно лучше, – приказала Кэлен солдатам. Копать мерзлую землю трудно, но тело можно хотя бы как следует присыпать камнями.

Теперь душа Стивенса в безопасности, она у добрых духов. Его страдания кончились.

Зедд велел офицерам очистить дорогу и вместе с солдатами пошел поискать место для могилы.

Вспомнив о Цирилле, Кэлен забралась обратно в фургон. Ее единокровная сестра, укрытая кучей покрывал, лежала на тюках. Большие камни попали в основном в заднюю часть фургона, а от маленьких ее спасли покрывала. Оставалось только удивляться, что ни одна из глыб не упала кому-нибудь на голову и, кроме Стивенса, пострадавших нет.

Цириллу положили в фургон, а не посадили в карету, потому что она по-прежнему не приходила в сознание и Кэлен решила, что так ей будет удобнее.

Фургон скорее всего уже не починишь. Придется все же переносить Цириллу в карету, но это недалеко.

На узкой дороге суетились солдаты. Одни бегали туда-сюда, передавая приказы, другие отправились валить деревья, чтобы восстановить настил, третьи расчищали дорогу от камней.

Кэлен с облегчением увидела, что Цирилла не пострадала и по-прежнему еще не очнулась. Только ее криков им сейчас не хватало.

Кэлен ехала вместе с сестрой в фургоне на случай, если та вдруг очнется.

После того, что ей пришлось пережить в Эйдиндриле, при одном только виде мужчин Цирилла приходила в состояние крайнего ужаса, и только присутствие Кэлен, Эди или Джебры могло ее успокоить.

В редкие моменты просветления Цирилла заставляла Кэлен снова и снова обещать, что та станет королевой. Цирилла беспокоилась о своих подданных и понимала, что сама она не в состоянии о них позаботиться. Она любила Галею достаточно сильно, чтобы не обременять свою страну королевой, не способной управлять страной. Кэлен с большой неохотой согласилась взвалить на себя эту тяжесть.

Гарольд, единокровный брат Кэлен, не испытывал ни малейшего желания взваливать на себя бремя монаршей власти. Он был солдатом, как и их с Цириллой отец, король Вайборн. После рождения Цириллы и Гарольда мать Кэлен сделала короля Вайборна своим супругом. От этого союза явилась на свет Кэлен. Она родилась с даром Исповедницы, а он был важнее любых королевских регалий.