– У нас тут трупы…

– Сволочи! Погодите, доберется до вас Хват…

– Доберется! Кишки выпустит!

– Тихо, – сказал Развияр.

И в яме воцарилась тишина.

Он прошел над ними, далеко обходя решетку в полу, задержав дыхание. Отодвинул засов, поднял люк над маленькой подземной камерой, где когда-то томился сам.

– Выходи.

Парень, проломивший голову насильнику, с трудом поднялся по сброшенной лестнице. Съежился, прикрывая глаза рукой – свет факела казался ему нестерпимо ярким. Развияр вывел его из тюремного коридора на одну из внешних галерей.

Были сумерки. Парень облокотился о парапет и тяжело задышал, хватая свежий воздух.

– Как тебя зовут?

– Глен… Гленир.

– Почему в рабстве?

– За долги, – голос у парня сорвался.

– Сам откуда?

– Из Фер.

– Семья осталась?

– Сестра и мать.

– Ремесло знаешь?

– Учился на лекаря, – сказал парень тихо. – Раньше.

– Долго?