– Хе-хе-хе, – сказал муфлон болотного цвета, – что я вижу, кого это ты сюда притащил?

Я усиленно принялся строить рыжему глазки и, похоже, преуспел в этом, потому что желтоглазый муфлон вдруг весь подобрался и задвигал нижней челюстью, выпятив толстые губы.

– А ну, чего тебе надо, Горраул? – свирепо сказал Мукраул.

– Да я так, поинтересоваться зашел, гляжу, ты летишь, тащишь чегой – то, вот и зашел поглядеть.

– Как зашел, так и иди, – сердито проворчал Мукраул, – неча тут ошиваться, давай-ка отсюда. – И он подтолкнул Горраула в плечо.

– Чегой-то ты? – свирепо сверкнул глазами Горраул. – Или зазнался совсем? Носишься целыми днями, летаешь непонятно где, что, секретными делами какими занимаешься?

– Иди, говорю, отсюда, – рассердился Мукраул.

– А чегой-то ты командуешь-то? Твой лес, что ли? – Горраул толкнул его в ответ. – Иди сам отсюда.

– Да ты вконец обнаглел, – притащивший меня в эти дебри муфлон разбросал крылья и выставил вперед лапы, – я живу тут, вабще-та-а-а.

– А мне до энтого дела никакого не-э-э-ту, – нараспев проговорил Горраул и принял ту же угрожающую позу.

Теперь они стояли друг против друга, выставив вперед лапы и выпятив грудь.

– Приступим? – сверкнув глазами, спросил Горраул. Судя по сохранившейся у него растительности, он был намного моложе Мукраула и более самонадеян.

– Приступим, – мрачным голосом проговорил Мукраул и прыгнул вперед.

Схватка их была поистине страшна. Они сшиблись так резко, что звук удара эхом отозвался по лесу. Уже в следующее мгновение Горраул вцепился в сочленение крыла противника зубами, а тот полоснул его по животу острыми как бритва когтями. К счастью для Горраула, живот у муфлонов бронированный, так что причиненный вред не был значительным. После предпринятой атаки оба отскочили, разбежались и снова сшиблись, теперь уже головами. Стук получился еще более впечатляющим. Оба муфлона рухнули на землю почти без чувств. Зашевелились они очень скоро и, едва пришли в сознание, снова ринулись в бой. На сей раз они сплелись в жуткий комок из челюстей, когтистых лап и мощных бронированных тел. Удары сыпались не переставая, муфлоны ревели и рвали друг друга на части. Вскоре вся поляна была залита свежей зеленой кровью, она посверкивала на стволах деревьев, небольшими лужицами и каплями лежала на прелой листве. Даже до меня долетело несколько капель, которые растворились, как только попали в область миражного тела Рошель де Зева.

Наблюдая за страшным, смертельным поединком, устроенным не без моего участия, я потер ладони и извлек из ножен меч, который в результате колдовства Ламаса был сейчас невидим. Однако если даже невидимым мечом нанести точный удар, то рана на теле муфлона вполне будет незаметна.