– А вот и не угадал, – заявил Вилл, прохаживаясь вдоль полок с самым важным видом. Важной особой он, конечно, был, спору нет – все-таки королевский сын, но так задирать нос мог только один человек на свете – Вилл Вейньет. – Я вовсе не покупатель! – пояснил он. – Я Вилл Вейньет, если уж быть совсем точным!

Он смерил Гнесика суровым взглядом и принялся откупоривать сосуды, вдыхая в себя винный аромат. С видом заправского знатока Вилл зачмокал языком и пошевелил ушами.

– Можешь так? – спросил он хозяина лавки. Озадаченный странным поведением гостя, Гнесик спросил:

– Нравится вино, да, господин королевский сын?

– Не совсем, – откликнулся Вилл, чем и вовсе поставил хозяина в тупик. – Я пришел вот по какому делу, говорят – ты тут процветаешь…

«Решил обложить меня данью! – мелькнуло в голове несчастного торговца. – Да он ведь и по виду бандит, совершеннейший бандит. Я о нем много чего нехорошего слышал, – вспомнил Гнесик, – в городе говорили. И вот на тебе! Ко мне заявился. Ну что за напасть? Только дело стало развиваться».

Вилл громогласно заявил:

– Радуйся, несчастный, я пришел, чтобы помочь тебе расширить дело!

– Ну… – выдавил торговец, тревожная гримаса не покидала его лица, наоборот – настороженность после слов Вилла только усилилась.

«Наверное, так бандиты себя и ведут», – подумал Гнесик, которому прежде никогда не приходилось сталкиваться с вымогателями. Он был простым человеком и всегда жил честно, зарабатывая себе на хлеб мелкой торговлей.

– Мы организуем все так, что скоро ты станешь первым продавцом вина в Белирии, – потирая руки, сказал Вилл, – и даже более того – мы будем продавать вино в другие страны, мы разовьем дело до таких высот, что скоро ты станешь самым известным человеком в мире. Твоим именем будут клясться легурийцы. Дикие племена куннов будут нахваливать тебя по праздникам, а праздник у них, как известно, каждый день. Любой монах и служитель церкви из просвещенной Миратры, услышав имя Гнусик…

– Гнесик, – поправил хозяин.

– Какая разница! – раздраженно буркнул Вилл. – Так вот, все они будут говорить: ох и славное он нам продает вино, ох и славное. Хотя, конечно, очень дорогое. Но оно того стоит. Не так ли?

– Очень дорогое? – переспросил Гнесик. – Почему очень дорогое? У меня вполне приемлемые цены.

– Вот об этом я и хотел с тобой поговорить, – мигом оставив свои поэтические излияния, сказал Вилл и посерьезнел. – Вот что, Гнусик…

– Гнесик, – поправил его хозяин винной лавки таким нервным голосом, что сразу становилось ясно: этот человек испытывает сильнейший эмоциональный стресс, – мое имя – Гнесик!