– Кому как, – пожал плечами Зимин. – Некоторым не нравится, некоторые любят, чтобы было холодно.

– Как это «холодно»?

– Это наоборот от «жарко», – объяснил Зимин. – Все белое и холодное. Зима. Тут такого почему-то не бывает. В Стране Мечты не бывает зимы. Видимо, о ней никто не мечтает. А там зима часто, я зиму люблю. Зима в небывалом краю…

– Я не понимаю, – КА82 выставил гребень и повернул его к солнцу. – Но потом я пойму, вот увидишь. Я буду знать, что такое холодно, горячо и смешно.

– С другой стороны, в этом много неприятного, – сказал Зимин. – Быть живым. Быть живым – это трудная работа. Бывает больно.

– Это ничего, – КА82 спрятал гребень. – Это ничего.

– Это тебе сейчас ничего. А вот как возьмутся зубы сверлить, мало не покажется. Заорешь.

– Зачем зубы сверлить? – не понял КА82.

– Зачем? Они портятся. И тогда их надо сверлить. Это традиция такая.

КА82 бесстрастно посмотрел на Игги.

– Твоя лошадь, Зимин, она с нами не пройдет, – сказал он, – у нее ноги слишком узкие. Ее надо прогнать.

– Как? Опять? Нет уж. Я за ним столько бегал не для того, чтобы его прогнать…

– Тогда он погибнет.

– Насмерть?

– Насмерть. Я ее прогоню, – уверил КА82. – Ты пока раздевайся.

– Да тут наверняка недалеко…

– Далеко. Лошадь большая и темного цвета, она быстро вспотеет до смерти. И тебе надо развернуться. Оставь одну рубашку и штаны. А все остальное металлическое погрузи на лошадь. Лошадь не дойдет. Мы ее прогоним.

– А если ее снова поймают? Мне что, опять на столбе стоять?

– Я запомню ее запах, – говорит КА82. – Когда мы будем возвращаться, я ее найду и выручу. Она очень пахнет, я издали ее найду.

Зимин спрыгнул с Игги. Конь косился в его сторону и дергал ноздрями.