– Секрет?

– Секрет, – подтвердил я.

– Никакого Секрета нет, – улыбкой младенца улыбнулся Пендрагон. – Никакого…

– Как жаль, – сказал я. – Я не склонен к насилию, даже состоял в движении «Остановим войну в Восточном Тиморе». Но ты меня просто вынуждаешь… Просто вынуждаешь. Тебе понравился «спеленутый журавль любуется цветами лотоса»?

– Нет! – завизжал деспот. – Не понравился! Не надо журавля!

– Тебе не понравился журавль, – горько сказал я. – А между тем журавль примерно в два раза менее болезненнее, чем «маленькая панда».

– «Маленькая панда»?!!

– Ну да. – Я хрустнул пальцами. – «Маленькая панда, выкусывающая блох на северном склоне Фу». Очень интересно. Знаешь, для этого надо расщепить ножку стола…

– Не надо расщеплять ножку стола! Не надо «панду с северных склонов»!

– Тогда говори. У меня мало времени, мне надо спешить на заседание.

– На какое еще заседание?

– На заседание литературного кружка имени Курта Кобейна, не один ты поэзию любишь. Давай, говори. Про Секрет.

Пендрагон всхлипнул.

– Никакого Секрета нет, – повторил он.

– Значит, «панда», – вздохнул я.

– Нет, послушай! Никакого Секрета нет, честное слово! Я всем рассказываю про Секрет, все думают, что я его знаю, а я не знаю и не знал, знал только рыцарь Персиваль…

– Где он? – Я поднял с пола меч.

– Не знаю! – заорал Пендрагон. – Если бы я знал…

Похоже, что правда.

– В чем смысл Секрета? – продолжал я допрос.