– Все мы – слуги Создателя, – повторил Эпинэ слова кардинала. – Удо... граф Гонт, доверяю вам Ее Высочество. Ваше Высокопреосвященство, я в вашем распоряжении.

Глава 4 Ракана (б. Оллария) 399 года К.С. 9-й день Осенних Молний

Глава 4

Ракана (б. Оллария)

399 года К.С. 9-й день Осенних Молний

1

Комендант Багерлее был бароном и генералом. Генералом он стал по воле Фердинанда, а баронство получил за «победу» над злосчастным королем. Морен весьма дорожил новым титулом, и попасть во вверенный ему замок без личного рескрипта Его Величества было невозможно. Удо за какими-то кошками попытался, ссылаясь на старое знакомство, добраться до Штанцлера, но потерпел сокрушительную неудачу. Эпинэ же мысль прогуляться по Багерлее с недавних пор отбросил. Авантюра с Савиньяком требовала строжайшей тайны и высочайшего доверия, а Иноходец твердо решил довести интригу до конца. Все попытки дорваться до Алвы были оставлены, и Робер мимо Багерлее даже не ездил, но не спорить же с кардиналом?

Первый маршал Талигойи осадил коня рядом с похожей на бастион привратницкой и властно постучал. В окошечке немедленно возникла рыбоглазая физиономия.

– Его Высокопреосвященство кардинал Талигойи, – отчеканил Эпинэ, – желает видеть коменданта Багерлее.

Рыбьи глаза заморгали, после чего исчезли. Ненадолго. Открылась калитка, и на дорогу выкатился похожий на дыню теньент, после чего дверца захлопнулась.

– Монсеньор, – дыня щелкнула каблуками и от усердия позеленела, превратившись в кабачок, – за господином комендантом послано.

– Открывайте ворота, – распорядился Эпинэ.

– Монсеньор, – залепетал кабачок, – господин комендант... Господин комендант только сам лично... Только сам лично господин комендант...

– Я подожду коменданта в привратницкой. – Левий вышел из кареты и направился к дверце. Робер торопливо соскочил с Дракко и бросился за клириком, уже взявшимся за тяжелое бронзовое кольцо.

– Ваше Высокопреосвященство, – казалось, кабачок сейчас скончается на месте от ужаса, – господин комендант!.. Только лично...

– Сын мой, – голос Левия был исполнен истинного милосердия, – нет греха страшней, чем нарушить волю Создателя в угоду воле мирского владыки, но я отпущу тебе твои прегрешения. В привратницкой.

– Сержант, – выдавил несчастный теньент, – открывай... Я приказываю.

Украшенная драконьими мордами калитка покаянно взвизгнула и отворилась. Кардинал осенил себя знаком и исчез в темном провале. Герцог Эпинэ вошел следом. Ничего не случилось: гром не грянул, они с Его Высокопреосвященством не провалились в заваленный костями подвал. Страшный Багерлее начинался с просторной, хоть и темноватой комнаты, посреди которой топталась пятерка солдат в кирасах.