– У нас на флоте, – с нажимом произнес Руппи, – считается дурной приметой загадывать дальше окончания кампании. На траверсе «Весенняя птица». Прикажете узнать причину маневра?

Вернер спит и видит сквитаться с Бешеным, ему плевать, сколько кораблей фрошеры утянут на дно. Да нет, не плевать, для Вернера с Амадеусом чем хуже, тем лучше.

– Узнайте, – махнул белоснежной перчаткой Хохвенде. – Хотя, если б было что-то требующее моего присутствия, нас бы вернули.

Создатель, а вдруг Кальдмеер договорился с Вальдесом, и тот согласен уйти, но требует отвести эскадру из залива? Тогда происходящее если чего и требует, то отсутствия прихвостней Фридриха, а он тоже хорош, полез, куда не звали. Было ж сказано: отвезти генерала Хохвенде к его подчиненным, вот и надо было везти, а не языком молоть.

Конец терзаниям положила сигнальная пушка. На носу «Весенней птицы» взмыл малиновый сигнал – немедленно подойти к борту. Похоже, генерал и в самом деле кому-то понадобился.

– Мой генерал, – прокричали с корабля, – высадки не будет. В залив входят фрошеры, предстоит бой. Капитан просит подняться на борт...

Фрошеры? Откуда?! Вальдес сзади со всеми кораблями, Альмейда частью в Фельпе, частью на Марикьяре, или там не все? Сколько же судов вернулось? Пять, десять? Всяко не больше двадцати, но негоциантам хватит и этого.

– Осторожней, – предупредили с «Птицы», – спускаем штормтрап.

– Не нужно, – взвизгнул фок Хохвенде. – Я требую доставить меня к вице-адмиралу Бермессеру. Я должен обсудить с ним создавшееся положение.

И убраться если не в середину линии, то хотя бы в хвост свежеиспеченного авангарда. Ну и Леворукий с тобой.

– Слушаюсь, господин генерал, – верноподданнически рявкнул Руппи, – но я, в свою очередь, буду вынужден вернуться к адмиралу и доложить о вашем решении.

– Разумеется, – повеселевший заяц милостиво хлопнул лейтенанта по плечу. Руппи чуть не стошнило.

2

– Квальдэто цэра! – Альмейда так сверкнул глазами на Аларкона, словно это Филипп посоветовал дриксенцам развернуть корабли. – Они прячут купцов за свою линию!

– Бери круче к северу и прибавь парусов, – на скулах капитана «Франциска» заходили охотничьи желваки. – Ветер за нас, подрежем им курс, куда они из залива денутся?

– Не годится, – адмирал уже справился с собой, только ноздри раздувались, как у рвущегося с привязи коня. – Кальдмеер не овца: запрешь – пойдет на прорыв, потащит за собой «купцов» с солдатами и превратит бой в свалку с абордажем.

– Ну и что? – удивился Филипп. – Для чего мы подняли «Райос», если не для драки?

– Я не меняю альбатросов на «гусей», даже один к сорока, – руки в алых перчатках стиснули зрительную трубу, словно чью-то шею. – Мне не улыбается брать на абордаж лоханки, битком набитые солдатами, и я им не позволю брать на абордаж нас.