Морщины на лбу Виктора углубились.

— Я не знаю, как ты собираешься заставить их атаковать сегодня, но если это случится, мы будем готовы.

Из помещения склада вышел Ицхак, ведя в поводу белого жеребца в черных яблоках. Грива хвост и ноги были черными. Конь был не просто изящным, казалось, он обладал непокорным нравом и безграничной выносливостью. Тем не менее, это было не совсем то, что она ожидала.

— Он не достаточно большой, — сказала она Ицхаку.

Ицхак нежно провел по белой морде коня.

— Вы не сказали большой, вы сказали, что нужна надежная лошадь, которую нелегко спугнуть, с бесстрашным духом.

Никки еще раз взглянула на коня.

— Я просто предполагала, что лошадь будет большой.

— Она сумасшедшая, — пробормотал Ицхак Виктору.

— Она собирается стать мертвой сумасшедшей, — сказал Виктор.

Никки протянула веревку Виктору.

— Будет проще, если ты встанешь на стену, когда я сяду в седло.

Она погладила коня по шее и шелковым ушам. Животное заржало, оценив ласку, и ткнулось в нее мордой. Никки, придержала его за голову и направила тонкую струйку Хань на это создание, чтобы конь познакомился с ней и успокоился. Исследуя, она провела рукой по его плечу, и дальше, по боку.

Без дальнейших возражений Виктор поднялся на стену и ждал, пока она взберется в седло. Никки расправила юбку своего красного платья и затем расстегнула лиф до талии. Она освободила руки из рукавов, локтями придерживая лиф платья перед грудью, а затем, протянула Виктору, соединив запястья вместе.

Лицо Виктора стало таким же красным, как ее платье.

— Что это ты делаешь?

— Эти люди — опытные войска Имперского Ордена. Среди них много офицеров. Я провела много времени в лагере Ордена. Я была широко известна: одним как Королева Рабов, другим — как Госпожа Смерть. Вполне возможно, что некоторые из этих людей служили в армии Джеганя долгое время, так что они очень легко смогут меня узнать, особенно, если на мне будет черное платье. На всякий случай, я оделась в красное. Также мне необходимо дать этим людям нечто, что отвлекло бы их и, желательно, не позволило узнать меня. Подобное зрелище лишит солдат трезвости ума, а заодно привлечет внимание Кроноса и заставит его думать, будто «мэр» отчаянно желает ублажить его. Ничто не будит кровавую страсть у этих людей вернее, чем слабость.

— Ты можешь попасть в беду гораздо раньше, чем доберешься до Кроноса.

— Я колдунья. Я могу о себе позаботиться.

Насколько я помню, Ричард — волшебник и носит меч, наполненный древней магией, но, тем не менее, он попал в беду. Его одолели и почти убили, потому что противник превосходил его по численности.