Ричард предположил, что предания — это своего рода пророчества.

— Так говоришь, ты — жрица?

Немного отодвинувшись, чтобы взглянуть на его улыбку, она кивнула. Ричард увидел, что ее огромные карие глаза смотрят на него из-под нарисованной маски, покрывавшей все ее лицо. Такое зрелище способно было сбить с толку кого угодно.

— Я жрица костей. Вы вернулись, чтобы помочь мне, и моя обязанность — служить вам. Я та, кто должен насылать сновидения.

— Вернулся?

— К жизни. Вы же вернулись из мертвых.

Ричард остолбенел.

Никки присела позади девушки.

— Что значит «вернулся из мертвых»?

Девушка указала на строение, из которого они вышли.

— Из мира мертвых… назад к живым. Об этом говорит его имя, там, на могильной плите.

Ричард повернулся и действительно увидел свое имя, высеченное на монументе. В его сознании сразу же возник образ — имя Кэлен, тоже высеченное на камне. Оба они были живы, несмотря на свои могилы.

Девушка взглянула сначала на Кару, потом на Никки.

— В сказаниях говорится, что вы вернетесь к жизни, Лорд Рал, но там ничего не говорится о том, что вы приведете с собой духов-хранителей.

— Я не вернулся из мертвых, я прибыл сюда с помощью сильфиды. Она там в этом колодце.

Она кивнула.

— Это колодец мертвых. В сказаниях упоминаются такие таинственные вещи, но я никогда не понимала их значения.

— Кстати, мне следует называть тебя жрицей или по имени?

— Вы Лорд Рал, вы можете называть меня как вам угодно. Хотя всю жизнь меня звали Джиллиан. Я была жрицей совсем недолго, поэтому недостаточно знаю обо всем этом. Дедушка говорил, что, когда придет время, мой возраст не будет иметь значения. Важно будет лишь то, что время пришло.

— Ну тогда, как насчет того, чтобы я звал тебя Джиллиан?