– Последний шар огня был особенно впечатляющим, – воскликнула Сайрет.

– Эффектный финал, – согласилась Уэнсомер.

Удивленный мастер протянул девушке сосуд с водой, и она прополоскала рот. А потом снова взялась за сосуд со спиртом.

В этот момент во дворике появился дворецкий, который подошел к Уэнсомер и тихо сообщил ей что-то. Она извинилась и поспешила прочь, в свою гостиную. Там ее ждал Ларон.

– Доброе утро, бывший Принц Вампиров, – сказала она, кланяясь и делая реверанс.

Ларон улыбнулся, обнажая два длинных, заостренных клыка. Уэнсомер охнула и невольно шагнула назад. Ларон спокойно снял фальшивые клыки, показав ей нормальные, человеческие зубы.

– Я выточил их из клыков морских драконов, – пояснил он. – Они охладят пыл тех, кто захочет отомстить мне за прошлые деяния.

– Не сомневаюсь.

– А теперь посмотри, что еще у меня есть, – он достал медальон, висевший у него на шее, под туникой. Затем он показал то, что хранилось внутри: кусочек зеленоватого стекла, удерживаемый серебряными когтями. – Стекло из того самого места в Ларментеле, куда упала Серебряная смерть. Мы собирали такие куски, но их украл Феран, когда покидал «Лунную тень» – вместе со сферой-оракулом, показывающей удар огненного круга.

– Черт побери, это весьма печальная потеря.

– Та сфера-оракул была связана с куском стекла из Ларментеля. Судя по тому, что я узнал, у последнего короля Жироналя была склонность к сомнительным играм с девицами определенного поведения.

– В самом деле? – воскликнула Уэнсомер, сжимая руки. – Я что-то такое слышала. Страдающий ожирением король увлекался изящными куртизанками. Так утверждали многие.

– Именно. Я видел это собственными глазами – меня это заинтересовало как материал для исторических исследований.

– Ну конечно. И как это было?

– Жир чудовищный.

– Я тебя ненавижу.

– Но ты Ведь уже не страдаешь… э… избыточным весом.

– Когда я закончу то, чем занимаюсь в Диомеде, я намерена получить максимум удовольствия, возвращая себе потерянные килограммы. Сделав это, я снова обрету интерес к сексуальной жизни богачей. И какова цена, которую ты рассчитываешь получить за этот… за твой оракул?

– Я намерен преподнести его тебе в качестве подарка.

– Правда, Ларон? Это слишком благородно с твоей стороны – ахнула Уэнсомер. – Но почему?