Темные глаза его расширились от неподдельной ярости.

– Да кто вы такой, в конце концов?

Я не ответил. Он покачал головой и отправился к столу капитана, как я и просил. Через несколько минут к нам присоединились остальные, и мы вошли в огромный роскошный лифт, в котором стояла очередная пальма в горшке. Адам Станиславский ввел свою карточку в отверстие, и мы взлетели на сотню этажей, на верхушку здания, которое некогда называлось башней «Галафармы», самой огромной высотки столицы, единственной, заслужившей непристойное прозвище.

Маленькая шутка Алистера Драммонда. Некогда таким же прозвищем называли его самого.

Я с неподдельной радостью увидел, что неподкупная Меванри Морган, внештатный исполнительный ассистент, все так же стоит на страже святая святых концерна. Она переехала из офиса на Серифе, когда «Оплот» получил статус концерна. Сегодня Морган не надела свою брошку с Медузой Горгоной, но ее вполне заменяло непреклонное, подозрительное выражение лица.

Ее новый компьютерный стол был оборудован еще более наворочено, чем прежний, и стоял в центре приемной, как гнездо всеконтролирующего паука. Стол окружало красное ковровое покрытие с большими желтыми пятнами. В стенных панелях чередовалась желтая металлическая обшивка и темный палисандр. И никаких пальм в горшках. Пышнотелые статуи, гордость Симона, некогда украшавшие приемную в башне «Оплота», кое-где были замещены нововведениями: изломанными формами вроде трубопровода из рубинового стекла, похожими на кишки какого-то невезучего морского млекопитающего, подсвеченные изнутри. Интересно, подумалось мне, может быть, новый президент «Оплота» уже много лет назад планировал подобные украшения для башни «Галафармы»…

Меванри Морган торжественно приветствовала нас и провела в зал заседаний, один из тех, что работали после обеда. Ни одна из дверей не снизошла до такого плебейства, как табличка либо определительный знак. Мы вошли, пропустив дам вперед. Джон Эллингтон занял свое место возле главы длинного стола, справа от председателя Гюнтера Экерта. Адам Станиславский сел на противоположный конец стола, не спрашивая ничьего разрешения. Нам, простым смертным, Морган указала места по обеим сторонам от Адама, после чего вышла и прикрыла дверь снаружи.

Я заметил, что тестирующий прибор Беатрис Манган уже прибыл, так же как и психотронный аппарат. Они стояли на столике на колесах у двери.

За спиной Гюнтера Экерта была стена с высокими узкими окнами, выходившими на свинцовую воду озера Онтарио в пятнах островов. За южным краем защитного купола стояла невнятная бледная дымка. То ли там был туман, то ли падал снег.