Тацу задал еще несколько уточняющих вопросов и велел отвести Нго обратно в камеру. Напоследок сказал:

– Я передам все материалы в Военный Трибунал. А они уже будут решать, какого наказания вы заслуживаете.

– Да, я понимаю, – склонил голову генерал. Встал, пошел под конвоем к двери. Но около нее обернулся. – Знаю, что не вправе просить, лэр Тацу, но в память моих заслуг перед этой страной, а они есть, поверьте мне… не за себя прошу… за ребят. Они же, по сути, и не виноваты… Не могли они ослушаться. Они мне жизнью своей, мастерством, всем обязаны. Мы столько прошли вместе. Я каждого из них совсем желторотым юнцом помню. И когда я попросил, то тут выбора-то у них, по сути, и не было. Они же военные. Для них приказ порой даже больше присяги. А ребята они хорошие. Верные, умелые… не губите за просто так, лэр Тацу. И вам ведь еще пригодятся…

Маг и сам думал что-то подобное. Несмотря на обвинения Нго, он немного, но знал психологию военных. И видел, и в Семье кое-кто был. И прекрасно знал он, что приказы не обсуждают и что личная преданность среди таких людей значит больше… ну да, даже больше присяги. Хотя… вряд ли, нападая на него, они думали о том, что нарушают ее. «Так вышло», – как сказал Нго. Вот именно – так вышло. Однако факт оставался фактом.

– Не знаю, генерал, – медленно произнес Тацу. – Я… посмотрю, что можно сделать, – «Чтобы ваша ошибка не стала еще большей бедой, чем уже стала».

– Спасибо. – Это прозвучало совсем тихо, но все услышали.

Джейко, хоть Нго и не мог уже это видеть, склонил голову, принимая благодарность.

«Так, с генералом все ясно. Более или менее». Тацу прикрыл глаза, пытаясь проанализировать свои ощущения. Получалось с трудом. Этой ночью поспал он всего пару часов. Не то чтобы возможности не было, но самому не терпелось все по полочкам разложить. И рой мыслей кружился в голове сейчас так хаотично вовсе не из-за усталости, хотя и она была. Столько событий: и побегать пришлось, и поколдовать, а уж эмоций сколько… уф… Просто он так и не смог понять, как он относится к Нго. С одной стороны, Джейко не выносил людей, которые считали, что вправе решать, кому жить, а кому умереть, которые заставляли своих подчиненных фактически преступать закон, пусть те и не были против. Таких, кто легко мог бросить тысячи людей в горнило войны… а ведь это не только солдаты, многие из которых не вернутся. Это еще и осиротевшие дети, овдовевшие жены, матери, лишившиеся сыновей. Это сожженные деревни, разоренные города, это напряжение всех сил страны. Много чего еще… Чего ради? Ради избегания еще большего зла? Превентивный удар…